Матерый педагог открестилась от записей, обличающих ее в тайной травле третьеклассника: «Я как бы инвалид, одним ухом не слышу»фото
Тьютор Наталья Васильевна и ее бывший ученик. Фото: предоставлено героем публикации.
Третьеклассник Ваня стал пугаться женщин 45+, не мог уснуть без света, постоянно плакал. Но главное боялся идти в школу. У мальчика аутизм, он не говорит. А, значит, позвать на помощь не может. Однако мама Вани увидела, ребенок на себя не похож. Чтобы понять причину, она спрятала в его рюкзачке диктофон. И вскоре услышала страшное: над сыном измывались прямо на уроках. Ушам своим не верила, это были двое взрослых: классный руководитель (она же психолог) и тьютор, воспитатель! Недавно первую осудили за жестокое обращение с несовершеннолетним. А вторая, матерый педагог с 32-летним стажем Наталья В., сумела уйти от наказания. Как и почему, рассказываем в эксклюзивном материале «Комсомольской правды» - Красноярск.
Начало этой циничной истории читайте здесь.
Учителей и школу нарисовал черным
То, что Ваня прошел через ад, подтвердила экспертиза. Поскольку описать словами, что с ним творили, мальчик не в силах, его попросили нарисовать. Маму и дом он изобразил в спокойных цветах, синем и зеленом, а школу и учителей – зловещим черным.
Но у черного множество оттенков. Вот и два педагога, доказательства вины которых хранил диктофон, на следствии вели себя абсолютно по-разному. Классная руководительница, пусть и нехотя, но призналась: «Я понимаю, что это мы».
Это же «МЫ» она четко и не раз проговорила, когда явилась к матери Вани с извинениями. Да только составить ей компанию тьютор не посчитала нужным. Бывалая, прошаренная, Наталья Васильевна тем более не спешила каяться: «Ничего вы мне не сделаете!».
У нее другая позиция: «Я насилие в отношении детей никогда не применяла, не унижала, не оскорбляла их!».
А как же подтверждение? Вот они, записи!
- На представленных фрагментах я по интонации узнаю учителя К., - не моргнув глазом заявила воспитательница. - Лично я НЕ присутствовала при оскорблении ею ребенка, так как часто в связи с заданиями, общей занятостью по работе выходила из класса.
Та самая школа. Фото: сайт учебного заведения.
«Я не я, запись не моя!» - вывернулась
Но ведь сама Наталья К. созналась, на Ваню кричали, угрожали они ОБЕ?
- Несмотря на оскорбительные высказывания К., я уверена, что она физического насилия к детям не применяла также, - уводит в сторону воспитатель.
Но, если НЕ ОНА, кто еще-то мог присутствовать на уроке? Даже на это у непробиваемой Натальи Васильевны заготовлен ответ:
- Считала поначалу, что запись мама ГДЕ-ТО сделала! Мне даже не хочется предполагать, что в стенах школы это происходит. Издевательства, избиения, унижения, - нет-нет, я уже восемь лет тут работаю. Вообще у нас такого нет!
А, может, она узнала на аудио голос ВТОРОГО педагога? И тут тьютор на секунду смешалась, начала мямлить:
- Там как бы все это… шипит, шумит. Я же еще как бы инвалид по слуху, одним ухом вообще не слышу, поэтому как бы это…
Тем не менее быстро «очнулась»: я не я, запись не моя! И вместе с тем произнесла-таки: «Есть, конечно, у нас повышение голоса к детям, они не слышат по-другому».
Тюьтор заявила: она ни в чем не виновата. Фото: соцсети.
С людьми в погонах говорила елейным голосом
Если что и было, уверяет воспитательница, это вина отнюдь не педколлектива. А чья? Мамы и ребенка, разумеется!
- Класс у нас умеренный. А он ооочень беспокойный, агрессивный. Речи нет – кряканье и выкрикивания. Первый год оставался на два-три урока. А в этом году мама забирала его только после двух. До двух она работала.
То есть педагоги не могли (или не желали) возиться с неудобным пацаном? Но тьютор твердит об обратном: заботились, как о родном.
- Хотя Ваня шустрый, может и стол перевернуть. У него привычка каким-то предметом бить себе по щеке. Но я старалась в такие моменты дать ему мягкую игрушку. У нас есть вязаные яблочки, зайчик, - перечисляла елейным голосом в разговоре с «силовиками».
А вот та же ситуация из класса, но в записи:
- Что, хотел стул в столовой перевернуть? – орет грубый женский голос. - Чтобы твоей мамке (непечатное слово) жизнь сказкой не казалась? Будешь бушевать и стул на себя случайно уронишь, дааа! А я помогу тебе.
Без комментариев.
Важно: оба педагога клялись, жертвой издевательств был только Ваня. И ни на кого из учеников не поднимали руку. Тогда как файлы из диктофона свидетельствуют об обратном. Там есть и имена других детей, и звуки ударов.
Чтобы защитить сына, мама обратилась к главе СКР Александру Бастрыкину. Фото: архив семьи.
Те, кто растоптал ребенка, должны ответить
Но почему тогда две Натальи отделались так легко?
Причина в экспертизе. Их голоса в обычной обстановке сравнили с криками на записях. Вывод неутешителен: из-за шумовых помех (шагов, работающего телевизора) идентификация невозможна.
Поэтому учителя отправили на обязательные работы – раз сама призналась. А изворотливому тюьтору вообще всё сошло с рук.
- Но как записи могут быть не того качества? – разводит руками мама Вани. – Там же слышно, кто говорит, как они щипают сына за шею, льют на голову воду, как он начинает плакать!
Сама она переслушала всё. Переписала каждое слово, как бы ни было больно. Лишь бы, те растоптал ее ребенка, за всё ответили. Но, увы…
После огласки истории Вани в школе устроили собрание. Прокрутили те самые записи. И что вы думаете? Никто из сотрудников голоса коллег не опознал! Свои люди…
- Учителя и тьютора могу охарактеризовать лишь с положительной стороны, - подытожила директор. – У меня к ним никаких претензий нет!
На том и порешили. Какой итог? Ваня занимается дома. Ходит к логопеду, в его речи появились новые слова. Наталья Владимировна теперь трудится менеджером в отеле. А ее тезка, тьютор, всё еще в школе, с детьми.
Мальчик посещает секции, как может, учится новому. Фото: архив семьи.
- Не зря она повторяла, ей ничего не будет! – вздыхает мама Вани. - Так любой скажет, что невиновен! Еще непонятно, почему нельзя было использовать полиграф? Мы подали жалобу в прокуратуру. Ждем ответа.
КОММЕНТАРИЙ СК
Антон Ролик, замруководителя Следственного отдела по Ленинскому району Красноярска ГСУ СК России по Красноярскому краю и РХ:
- У нас в отдельное производство был зарегистрирован материал проверки по статье 156 «Неисполнение обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, соединенное с жестоким обращением» в отношении второй сотрудницы (тьютора) образовательного заведения для детей с ограниченными возможностями. Также она была приглашена для дачи объяснений, в ходе которого заняла такую же позицию, как и на предварительном следствии, когда ее допрашивали по уголовному делу. Причастность свою отрицает, на аудиозаписях, которые были представлены заявительницей, себя не узнает.
Кроме того, в рамках расследования первоначального уголовного дела нами были допрошены другие сотрудники учреждения, им предъявлялась аудиозапись, представленная заявительницей. На ней последние отчетливо слышали только голос педагога, а не тьютора.
Была назначена экспертиза, после которой ответить, кому принадлежит второй голос, эксперт не смог. Причина – низкое качество аудиозаписей. Поскольку по закону все неустранимые сомнения трактуются в пользу обвиняемого (презумпция невиновности, 14 статья УПК), было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела. Так как доказательная база в отношении тьютора отсутствует, помимо слов заявительницы, ничего нет.
(*имя ребенка изменено – по закону).
P.S. На представленной ниже записи с диктофона: 1 и 3 фрагменты – предположительно, голос тьютора, 2 и 4 – голос классного руководителя.
«КП» - Красноярск просит считать эту публикацию официальным обращением к Главе Следственного комитета России Александру Ивановичу Бастрыкину.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Уже с ног сбились. Полицейские ищут 3-летнюю девочку, пропавшую из гостиничного номера на курорте