Премия Рунета-2020
Красноярск
+13°
Boom metrics
Общество
Эксклюзив kp.rukp.ru
11 июня 2024 8:37

«Пуповину мне перегрызли зубами»: пронзительная история девочки, которая родилась под бомбежкой

Маленькая Ниночка выросла и стала известным в Красноярском крае ученым
Нина Крыжановская - та самая девочка, которая родилась под бомбежкой и выжила каким-то чудом. Фото: архив семьи.

Нина Крыжановская - та самая девочка, которая родилась под бомбежкой и выжила каким-то чудом. Фото: архив семьи.

«После бомбежки из всего эшелона уцелели только три вагона. В одном из них родилась я. Кругом огонь, дым, крики. И среди такого ада – младенец на руках у матери».

Эту пронзительную историю невозможно слушать без слез: рожденная в горниле войны девочка спаслась каким-то чудом. А, когда выросла, стала ученым и депутатом, много лет помогала людям. Как все было, рассказала корреспонденту «Комсомольской правды – Красноярск» она сама.

Заступилась перед Калининым

Знакомьтесь: Нина Николаевна Крыжановская, 82 года. Живет в селе Новая Солянка, это в 150 километрах от Красноярска. Мама, бабушка, прабабушка. Но главное – человек особенной судьбы. Таких называют ребенок войны.

- Я появилась на свет 25 сентября 1941 года под Одессой. Оттуда родом мой папа, Николай Степанович. А мама, Зинаида Ивановна, из деревни Бирюса Тайшетского района Иркутской области.

Он - черноморец, она – сибирячка, между ними тысячи километров. Но встреча, видимо, была предначертана. Николая сослали в Тайшет из-за кляузы соседа. Это было в 30-е. Грамотный, подкованный, устроился на почту связистом. Там и столкнулся с Зиночкой, она разносила письма. Голубые глаза, русые косы… Девушка-весна. Но характер боевой!

- Мама смотрит: Коля – парень серьезный, положительный. Какой он враг? Вот и придумала – решила похлопотать. Написала письмо Михаилу Калинину, «всесоюзному старосте».

Самое удивительное: ответ пришел, пусть и через полгода. Колю реабилитировали! Тогда он сразу сделал Зиночке предложение. И увез к себе на родину, в местечко под названием Крутые.

Мечтали о ребенке, а тут война

Молодые поселились в сельце Козлово, это под Одессой. Мечтали о ребенке. Но их первенец умер.

- Мама не могла забеременеть года три. А потом получилось. И тут - война. Отца призвали сразу, ушел на фронт. А мама работала на железной дороге. Их эвакуировали последними. Дали пару часов на сборы.

Зина только и успела сгрести, что под руку попалось. Завязала в узелок пожитки да бегом к эшелону. Тронулись! Но часа через три начался кошмар. Налетели фашисты, давай бомбить.

- А в составе-то, Господи, женщины, дети, старики, - вспоминала Зинаида Ивановна. – Только хотела выскочить из вагона, вдруг у меня отошли воды. Рядом никого. Забилась под лавку и родила.

Когда стало потише, в вагон заглянул начальник поезда: «Зина, ты жива, что с тобой?». – Жива, только родила. Старый вояка, он потерял ногу еще в гражданскую, обомлел. Но сразу нашелся: кинулся на помощь.

- Зубами перегрыз мне пуповину, представляете? – говорит Нина Николаевна. – Больше ничего не было. Оторвал лоскут от рубахи, завернул меня. Маме сказал: «Лежи, я сейчас».

Вернулся через несколько минут – раздобыл простынку и одеяло. Укутали малышку. А бомбежка все не кончалась.

- Выбралась я из вагона, - делилась бабушка Зина. – Гляжу: такая жуть! Весь состав разбомбили, уцелели только три вагона. А вокруг все усеяно телами: дети, женщины, старики... Я нашла кустик, уложила ребенка, накрыла собой. Так и лежали, пока не улетели немцы.

Зинаида Ивановна прожила достойную жизнь, воспитала четверых детей. Фото: архив семьи.

Зинаида Ивановна прожила достойную жизнь, воспитала четверых детей. Фото: архив семьи.

Гибель Коли увидела во сне

Надо было добираться до своих. Зина замотала дочку в какие-то тряпки и в путь. Голодная, с младенцем на руках, брела целую неделю.

- У папы в селе Крутые оставалась мать и сестра, - добавляет Нина Николаевна. – Мама прожила с ними всю войну. Немцев там не было, стояли румыны. Сильно не зверствовали. Но маме не давали проходу – приставали. И тогда она придумала. Все знали, фашисты очень боялись тифа, а он передается через вшей. Вот и решили: обрезали маме ее косы, роскошные. Нарочно выстригли волосы, как попало. Румыны шаг за порог, увидят ее - шарахаются: тиф-тиф! Как ветром сдувало.

Еще у Зины был дар, видела вещие сны. Осенью 1944-го ей приснилось: ровное поле, на нем огорожено что-то вроде палисадника. Калитка открыта. Стоит там ее Николай и копает. А земля рыхлая, красная. Она бегом туда: «Ой, Коля!». Рвется к нему, а он в ответ: «Подожди, Зиночка, тебе сюда не надо, нельзя». И прогнал.

На память об отце у Нины Николаевны осталась единственная фотокарточка. Фото: архив семьи.

На память об отце у Нины Николаевны осталась единственная фотокарточка. Фото: архив семьи.

Проснулась среди ночи – накатил такой ужас. А недели через две пришло письмо от фронтового друга Николая. Со страшным известием – 29 ноября 1944 года тот погиб. Похоронен в венгерском селе Бёржёнь.

- Незадолго до того папа смог побывать дома, ему дали короткий отпуск. Хоть раз, но увидел дочку, - вздыхает Нина Николаевна. – Имя мне выбрал он сам. А в последнем письме написал маме: «Береги себя и дочку Ниночку! Ждет нас серьезное сражение. Или грудь в крестах или голова в кустах». Как чувствовал.

«Дочку не отдам»

Потеряв мужа, Зина страшно горевала. Увидев, как убивается невестка, мать Николая предложила: «Дочка, наверное, езжай к своим? А то боюсь за тебя, ребенка сиротой оставишь».

- Мама взяла меня и собралась домой, в Сибирь. Это было году в 1945-м, после войны. Пересадка в Москве, она отошла в кассу. Рядом сидел полковник с женой. Попросила еще: приглядите за моей дочкой? Но случилась беда: в толкучке вытащили все деньги. Идет обратно, ног не чует, плачет. Ехать далеко, чем же кормить ребенка?

И тут отозвал ее полковник: «Простите, что так говорю. У нас был единственный сын, он погиб на фронте. Отдайте нам свою девочку? Мы все для нее сделаем. А вы сможет навещать ее, когда захотите». После этих слов расплакалась еще пуще: как же я ее отдам?!

Тогда супруги предложили: вот деньги, возьмите, пожалуйста! Отказывалась, но ей сунули их в карман: отдавать не надо.

Первая фотокарточка. Нине здесь 9 лет. Фото: архив семьи.

Первая фотокарточка. Нине здесь 9 лет. Фото: архив семьи.

- Эти несколько купюр да еще солдаты, что возвращались домой с фронта, спасли меня и маму от голода. С нами ехали летчики. Видимо, соскучились по дому, детям. Все время таскали на руках. Даже есть без меня не садились: «Подождем, пока Ниночка придет!». Я тогда хорошенькая была – кудрявая, глаза голубые. Так и добрались до Тайшета.

После гибели Николая Зина вышла замуж нескоро. Но, в конце концов, встретила хорошего человека. Георгий Гладуненко прошел войну, был механиком-танкистом. Ниночку принял, как свою. Да и она всю жизнь называла его «папа Гоша».

Она выросла настоящей красавицей. На снимке Нина слева в верхнем ряду. Фото: архив семьи.

Она выросла настоящей красавицей. На снимке Нина слева в верхнем ряду. Фото: архив семьи.

У Зинаиды и Георгия родились двое мальчишек. Третьим стал сын умершей подруги. Взяли его к себе, вырастили, словно родного. Словом, жизнь прожили честную, хорошую.

Гордимся!

А Ниночка после школы окончила университет в Иркутске. Какое-то время трудилась на заводе. Перешла в НИИ сельского хозяйства, затем в агрохимическую лабораторию в селе Новая Солянка.

Нина в 19 лет. Фото: архив семьи.

Нина в 19 лет. Фото: архив семьи.

Сначала была просто сотрудником, потом стала главой. Станцией, которая исследует земли сельхозназначения руководила четверть века. И одновременно была районным депутатом. Помогла многим людям. Никогда не отмахивалась от чужих проблем, старалась выслушать каждого.

- Сейчас маме 82 года, она выращивает помидоры в двух теплицах, делает заготовки на зиму на всю нашу выросшую семью (у нее двое детей, шесть внуков и трое правнуков), а еще учит уроки с моим младшим сыном, - улыбается дочь Наталья. - Вот такие они, дети войны. Горжусь!

Нина Николаевна сейчас. Мама, бабушка, прабабушка. Фото: архив семьи.

Нина Николаевна сейчас. Мама, бабушка, прабабушка. Фото: архив семьи.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Нашла папу спустя десятки лет

- От папы у меня ничего не осталось, кроме одной фотокарточки, - говорит Нина Крыжановская. – Мы не знали даже год его рождения. Искали на сайте «Память народа» и других. Но найти нигде не могли. В итоге написали в Подольск - в архив потерь Великой Отечественной войны. Буквально через две недели получаем ответ: «Крыжановский Николай Степанович среди погибших не найден. Но там значится КрИжановский. Жена – Зинаида Ивановна. Призывался из села Крутые». Как раз с папкиной родины! Тогда только узнали, что он 1906 года рождения. А мама была 1917-го.

Я потом проследила боевой путь его дивизии. Оказалось, в тот день, когда отца убили, погибли почти 30 человек из его подразделения. Самому старшему был 41 год, папе 30. А все остальные – пацаны, 18-20 лет. Так жалко.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Пластмассовый Витенька уцелел в концлагере, а настоящий умер от голода в блокадном Ленинграде

«Только не называйте его куклой! Витенька давно не игрушка», - для 87-летнего ученого из Красноярска Владислава Спирова хрупкий целлулоидный малыш с голубыми глазами стал талисманом, спасением от ужасов войны. Витенька прошел с ним через концлагеря и уцелел, «дожил» до наших дней (подробнее).