Премия Рунета-2020
Красноярск
+3°
Boom metrics
Общество
Эксклюзив kp.rukp.ru
21 марта 2024 7:05

«Ангелы рядом»: коренная москвичка пошла в послушницы к Агафье Лыковой и нашла в тайге любовь всей жизни

Откровенный рассказ женщины, которая пять лет прожила рядом с отшельницей
Надежда пять лет была послушницей у отшельницы Агафьи Лыковой. Фото: Сергей УСИК.

Надежда пять лет была послушницей у отшельницы Агафьи Лыковой. Фото: Сергей УСИК.

«Такие чудеса были. Ты на молитве с Агафьей, а иконы вдруг начинают щелкать. Перещелк стоит, как у костра. Что такое? А она и говорит: «Вот, ангелы рядом с нами!».

Хрупкая, несгибаемая, отважная… И вместе с тем наивная, как ребенок. Духовную вахту она несет всю жизнь. Мы поговорили с человеком, что провел бок о бок с отшельницей целых пять лет. Единственной женщиной с «большой земли», которую приняла таежная заимка. Это Надежда Усик, коренная москвичка. Казалось бы, что у нее общего с затворницей из сибирской глуши? Меж тем она стала для Агафьи не только подмогой, но и послушницей. Своей поразительной историей Надежда Николаевна поделилась с «КП – Красноярск».

«Не ищи в больших городах»

- Оглядываясь назад, могу сказать: Господь вел меня к этому моменту практически с Рождения, - признается она.

Родилась в Москве в 1961 году, занималась спортом. Хорошая советская семья. Как все, на Пасху красили яйца, пекли куличи. Но от церкви были далеки – в СССР это не приветствовалось.

Все изменила большая беда. В 1991-м Надя потеряла мужа, он погиб в автокатастрофе. Осталась одна с маленькой дочкой на руках.

- Муж был для меня всем. Началась такая сердечная боль, я не могла ни спать, ни работать. Тогда-то и открыла для себя Евангелие. До тех пор думала: мне еще рано, не созрела. А тут взяла с полки. Открылось как раз на той главе, где Иисуса схватили в Гефсиманском саду, началось избиение. Читаю и через свою боль чувствую ту боль, что ОН перенес за нас. Как я рыдала. Под утро уснула с мыслью: «Господи, теперь я знаю, для чего жить. Всю оставшуюся жизнь посвящу тебе, только освободи меня от этой сердечной боли». Проснулась уже без нее.

Дала зарок – надо выполнять. Так начался ее духовный поиск. Ездила по храмам, монастырям. Было время, увлеклась агни-йогой (религиозно-философским учением, созданным Рерихами), в 90-е это было модно.

- Полетела в Индию. Думала даже остаться, духовно себя наполнить. Дочкой занималась моя мама. Но, когда встретилась с гуру, услышала: «Если Господь дал тебе воплощение в России, возвращайся. Твоя миссия в России. Но то, что ищешь, не ищи в больших городах».

Вернулась домой – опять незадача. Обокрали квартиру, на работе сократили. Тогда взмолилась: «Мам, если не хочешь, чтобы случилось непоправимое, отпусти!». Бабушка пока взяла на себя внучку, а она поехала - на Алтай.

Бог привел к Агафье

Почему Алтай? Все случилось само собой: еще в Москве познакомилась со старообрядцами. Побывала на службе в их храме. И ясно ощутила: моё. Душа отозвалась.

- Вернувшись из Индии, поставила себе задачу – побывать на Алтае. Прихожу на три вокзала: где тот Алтай? Читаю на табло: Новосибирск, Барнаул. И у меня чуть сердце не выскочило. О, наверное, мне туда! Так и поехала в Барнаул.

Хоть знала там одного человека – художницу Илзе Рудзите. Ее отец был учеником Рериха. Но где ее искать? Снова Господь управил: после поезда пошла в баню. Разговорилась с незнакомкой. Оказалось, у той подруга работает в галерее. Нашлись!

Так и повелось: ее словно передавали из рук в руки. В конце концов, осела в Горно-Алтайске. Открыла свой фольклорный клуб. Забрала дочку.

Вместе перебрались на Заячью заимку. Лет пять прожили в деревне старообрядцев-крепковеров. Они не пользовались никакими продуктами из мира. Дочка вышла там замуж, родила.

Заимка отшельницы находится в сотнях километров от цивилизации. Фото: Сергей УСИК.

Заимка отшельницы находится в сотнях километров от цивилизации. Фото: Сергей УСИК.

- Однажды приезжает моя знакомая, она побывала у Агафьи, крестилась у нее. Вот и рассказала: есть такая женщина, живет в тайге одна, ей нужна помощь. А я, к своему стыду, вообще о ней ничего не знала. Хотя Василий Михайлович Песков уже написал «Таежный тупик», все зачитывались. И я подумала: исполню давнюю мечту: или в монастырь, или к Агафье. На что мне духовник-старичок сказал: в монастырь рано, мама не упокоена. А помочь Агафье будет правильно.

Пешком за 20 дней

О том, что до заимки можно добраться вертолетом, она не подозревала. Решили идти своим ходом.

- С Хакасией, где живет Агафья, граничит заповедник «Алтайский». Оттуда можно попасть к ней пешком. Нашли мы со знакомой проводника-таежника, взяли лошадь. И отправились в путь. Было это в июне 1998-го. Горы, тяжелые переходы, кручи. Мужчины могут дойти за неделю. А нам понадобился 20 дней. Шли обходными тропами, чтобы спуски были положе. Съели все продукты. Ни сухарей, ни каш. А это начало лета: ягод-грибов нет. Осталась у нас только пшеница, разжевывали ее, как йоги. Проводник смеялся: «Вы меня в коня превратили». Сложный путь был.

К Агафье пришли больными. Несли на себе все – одежду, скарб – просто надорвались. Выхаживать пришлось отшельнице. Чтобы поставить всех на ноги, ушла неделя.

- Первое впечатление: очень добрая, обходительная. Даже меня лечила: «поправила» живот, поставила пуп на место. Умеет, в ее семье это обычное заболевание. В тайге все надрывались от тяжелой работы. Радовалась, что мы остались. Тогда ей было за 50. Все равно тяжело. И у нее весь организм надсажен. В конце лета все улетели, а мы ушли в зиму одни.

Надежда добиралась до заимки Агафьи долгие 20 дней. Фото: Сергей УСИК.

Надежда добиралась до заимки Агафьи долгие 20 дней. Фото: Сергей УСИК.

Правда, жили в разных домах. Гостье отшельница определила большую избу, себе поменьше.

- День короткий, света нет. Она ничего не принимает из электричества. Единственное исключение – фонарики. А для освещения «жировушки», лампадки. Делает и молится при них. Когда мы познакомились, ее молитва меня поразила. Разговаривает с Богом, как ребенок. Господь ведь говорит: «Будьте, как дети!». Молясь, начинает прямо светиться.

Круглые сутки работа

Для таежной затворницы главное – молитва и труд. Что такое праздность, даже не ведает.

- Работа-работа-работа… Из-за этого у нас порой возникали споры. Мне как мирской было невдомек: «Зачем сажать СТОЛЬКО картошки?». Но надо понимать: голод Лыковы пережили страшный. Сейчас ее дом на высоте 1100 метров, это считается нормальным. А раньше они жили на высоте 1700. Там часто заморозки, губили посевы. Останется картошки только-только на посадку. Тогда всей семьей «уходили на голод». Питались одной травой. От голода умерла ее мать. Поэтому так повелось: сколько можешь, столько и сажай! Как-то у нас была очень суровая осень. В октябре ударил мороз, -25, половина урожая картошки осталась в пашне. А копали без перчаток, можно сказать, из-под снега. Но для нее нет преград: холод не холод, надо – делаем.

У таежной затворницы женщина научилась многому. Фото: Сергей УСИК.

У таежной затворницы женщина научилась многому. Фото: Сергей УСИК.

Другой пример: раз Агафья посеяла редиску и морковку примерно на уровне пятого этажа. Поливать надо каждый день. Причем огородик на крутом склоне, а речка внизу.

- И вот я раз по десять с коромыслом иду за водой и обратно. Тяжело. Спрашиваю, почему не посеять пониже? Зачем так высоко? - Нууу, там земля лучше! Поворчала я про себя, мол, неразумно. А для нее это норма. Сама бы она так и ходила, только не 10, а 20 раз. Ведь носит на коромысле не ведра, а бидончики. Она же невысокого роста, мелкая.

Идут со своим уставом

Конечно, за пять лет случалось всякое.

- Характер у Агафьи непростой – от трудной жизни в тайге. То она к соседу Ерофею сходит, он что-то наговорит, давай на меня дуться. Или сон приснился, начинает ругаться. Хотя вообще она неконфликтная. Или, бывало, приедет Василий Песков. Агафья ему на меня жалуется, я на нее. А он в ответ: «Поймите, в космос людей отправляют, и то психологи работают, как их совместить? А вы собрались такие разные. Понятно, трудности будут». Но в целом жили дружно. Рыбачили, за ягодами ходили. Когда были сложные моменты, я молилась Николаю Угоднику. И все налаживалось.

Агафья и Василий Песков. Фото: Сергей УСИК.

Агафья и Василий Песков. Фото: Сергей УСИК.

Почему у Агафьи не держатся помощники сейчас? Потому что едут со своим уставом, считает Надежда. А у отшельницы собственные правила, уклад. Когда-то и сама пыталась спорить, доказывать. А потом прониклась.

- Я же шла с определенной задачей - на послушание. То есть исполняешь всё безоговорочно. В книге у нее прочитала притчу: одному из монахов учитель сказал, поливай эту сухую палку. Тот каждый день поливал ее. Хотя мог возроптать, зачем? И тогда Господь вознаградил, палка превратилась в зеленое дерево.

Нос к носу с медведем

На заимке все строго. С утра - к Агафье за благословением. Потом делаешь то, что сказано, а не то, что пришло в голову. Иначе «не можно».

- Как-то проснулась - снегу за ночь навалило с полметра. Иду мимо козлятника. И вместо того, чтобы пойти к Агафье благословиться, начинаю счищать его с крыши. Остается один шаг, чтобы спуститься. И тут я падаю - ломаю руку. И что было ни пойти за благословением?! Как дальше со сломанной рукой? Растопила воск, смазала тряпочку, сделала себе гипс из нее. Нормально, рука зажила. Вторую ломала уже на Телецком озере. И тут в Барнауле гипс наложили так, что рука до сих пор кривая.

Река рядом, она и кормилица, и капризная соседка. Фото: Сергей УСИК.

Река рядом, она и кормилица, и капризная соседка. Фото: Сергей УСИК.

Еще был случай. Там же медвежий угол, тропа. Косолапые бродят, как у себя дома.

- Пошла я утром на реку за рыбой. Знала, медведи ходят. Ерофей предупреждал: бери с собой ружье, собаку. А я решила: быстренько схожу, рыбы принесу. Праздник, хотела накормить всех пирогами. Довольная, выбираю рыбу из сетки. Вдруг вижу краем глаза что-то черное. Разворачиваюсь: медведь! Мы в трех метрах друг от друга. Сначала страха не было. Только мысль: что делать? Бежать нельзя, агрессию показывать тоже. Пока раздумывала, навалился животный ужас. Я заорала тааак! Медведь отскочил метров на 15. Но остановился, повернулся и стал раскачиваться на меня: вот-вот набросится. И тут я закричала еще раз. Ооочень сильно. И вдруг он ушел – в кусты. А там такие заросли. Меня начало потряхивать: если он за кустом? Надо идти домой, но как? Ноги подкосились. Я сидела час. Молилась, плакала. А что делать-то? Ну, пойду! Но он тоже, видимо, ждал. Гляжу, идет через брод. Все-таки разошлись нормально. Я домой вернулась: голоса нет, сорвала, еле говорю. Это мне тоже урок был: не ходи без благословения.

Со временем постройки на заимке приходят в негодность. Их обновляют, помогают меценаты. Фото: Сергей УСИК.

Со временем постройки на заимке приходят в негодность. Их обновляют, помогают меценаты. Фото: Сергей УСИК.

Прогнала зверя молитвой

Отшельнице тоже доводилось столкнуться с медведем. И не раз.

- Агафья рассказывала мне сама. В тайге она встречала медведей. Что делала? Крестилась, молилась, и… он отступал. Очень сильная у нее молитва. Еще в Писании сказано: человек создан НАД зверем. И в дневное время он боится человека. Да, когда ты одна в тайге надеяться не на кого. Только Господь. Гости приезжают к Агафье, все время задают этот вопрос: «Вы не боитесь одна?». – А я не одна, со мной рядом Господь, ангелы-хранители, Богородица. Счастье для нее в этом, не в мирском.

Хотя ничто человеческое не чуждо. Так, Карповна души не чает в своих питомцах.

- Даже не знаешь, кто в доме главный, кошки или Агафья? Ходили у нее по голове. Но она с ними всегда была ласковой, очень любит. Кормила тем, что и сама ела – вареной картошкой. Ведь быт у нее трудный. Когда я жила на заимке, случалось, по полгода вертолета не было. А у нас остался последний мешок муки. Но это НЗ, трогать нельзя, бережем на случай болезни. Что едим? Картошку с картошкой. Сейчас каждый год прилетают волонтеры, инспекторы. Помогают с дровами, сеном, продуктами. Другое дело!

Агафья читает письма с "большой земли". Фото: Сергей УСИК.

Агафья читает письма с "большой земли". Фото: Сергей УСИК.

Опухоль носит как вериги

Когда же она отдыхает? Верный ответ – никогда. Любимая поговорка: «Смена труда – это отдых».

- Просыпается часа в четыре утра, как только день забрезжит. Начинает молиться. Растапливает буржуйку, сидит возле нее и молится. Затапливает большую печь, заводит хлеб. И опять молится. Молитва постоянно перемежается с домашней работой, огородом. Пошла к козам управляться. Читает псалмы и доит коз.

Косить серпом, рыбачить, рябчиков стрелять – это она меня обучила. А я москвичка, откуда мне знать? – Серп возьми и выкоси между грядками. – Да я не умею, покажи, как надо? – Вы там только загорать умеете, ничего делать не умеете! - может пошутить, посмеяться.

Неустанный труд и молитва, в этом она вся. Фото: Сергей УСИК.

Неустанный труд и молитва, в этом она вся. Фото: Сергей УСИК.

Жизнь в тайге не сахар. Работа круглые сутки, нагрузки, суровый климат. Но она не сетует.

- Всё это, конечно, аукается. У Агафьи свои болячки. Ревматизм, потому что из сапог резиновых не вылезаешь ни зимой, ни летом. Постоянно надо ходить через реку за дровами, сеном. Опять же эта опухоль. Агафье предлагали ее вырезать, когда была еще с грецкий орех. Можно было убрать спокойно, она в верхнем слое коже. Отказалась: «Нет, знаю, за какой грех Господь дал мне этот крест нести». И несет – как отшельники вериги. Хотя сейчас она уже килограммов восемь.

Может и пококетничать

- Как лечится? Когда я к ней пришла, знала только две таблетки. В первый раз от нее услышала про (один популярный препарат). Им она и себя кормила, и коз. Какое-нибудь воспаление у козы, раз - ей таблетку.

Что до гигиены, моется она раз в год, перед Пасхой. Опрокинет на себя ведро – и готово!

- Вместе с тем у нее исключительно чистое тело. За счет чистоты духовной и чистоты воздуха (вокруг первозданная тайга). Никаких вшей, паразитов. Руки моет часто, морщинки у нее глубокие, ногти в земле. С мирской позиции – неухоженность. А для нее в порядке вещей, всегда так жили. Когда она одна и знает, что гостей не будет, может вообще не умываться. Ходит – лицо все в саже. А вертолет услышит – тут же умоется, платочек красивый наденет. Такая… может и пококетничать.

Господь прославил за труд

Сейчас отношение к Агафье неоднозначное. Для одних она праведница, на каких Россия держится. Для других – обуза, вздорная старуха.

- Говорят: а что, кроме Агафьи, никого нет? Почему тянутся именно к ней? В каноне Николаю Чудотворцу есть такие слова: «Прославляющего меня и я прославлю». Ее Господь прославил за труд молитвенный!

В душе она, как ребенок, говорят те, кто лично знает отшельницу. Фото: Сергей УСИК.

В душе она, как ребенок, говорят те, кто лично знает отшельницу. Фото: Сергей УСИК.

Глядя, как она молится, чувствуешь, это действительно другой мир. Книги у нее старинные: есть напрестольное Евангелие, изданное еще при первых Романовых, 16 век. Открывает книгу, а та благоухает. Она такая: «Ой, как паааахнет!». Такие чудеса были. Стоишь на молитве рядом с ней, иконы как начнут щелкать. Такой перещелк, как у костра. Что такое? А она говорит: «Вот, ангелы рядом с нами!».

Время от времени до отшельницы доходят новости с «большой земли» - про пандемию, СВО, землетрясения. Но ко всему она относится спокойно. Разводит руками: «А что вы хотите? В Писании все сказано! Живем на последние времена!».

Вместе больше 20 лет

В послушании у отшельницы Надежда провела пять лет – с 1998-го по 2003-й. Пока не пришло время пуститься в обратный путь.

- Так получилось: мама в один год похоронила мужа и брата. И написала мне письмо: «Возвращайся, ты мне нужна, как воздух!» Показываю Агафье, она говорит: «Я тебя не отпускаю, в миру уже Антихрист». А я не могла уйти без ее благословения. – Агафья, ну нельзя, мама во мне нуждается!

Но как только вертолет покажется, начинаю собирать сумку, она в обморок: «Ой, мне плохо! Ты меня тут одну бросаешь, больную, несчастную. Как ты меня оставишь?». Естественно, не могу. Я же не знаю, может, правда. Тем более сердечные приступы у нее были.

… В июне на заимку прилетел художник и фотограф Сергей Усик. Он много лет поддерживал Карповну, сдружился с ней.

Их соединила судьба. Фото: Сергей УСИК.

Их соединила судьба. Фото: Сергей УСИК.

- Сергей помог нам с посадкой огорода. На дворе июнь, вертолетов нет. Собрался выходить пешком. И я попросила: «Возьми меня с собой, мне просто надо». Пока десять дней вместе двигались по тайге, друг без друга уже не могли. Я была в резиновых сапогах, натерла ноги. Он переносил меня на руках. И я почувствовала: рядом настоящий мужчина, настоящий человек. Когда в тайге случилось, что мы остались одни, я сказала: «Сереж, мне просто так отношения не нужны. Если пойдешь через храм, через венчание, тогда да. Если так, то не надо». Он к тому времени тоже был без семьи. Так и нашли друг друга. Вместе больше 20 лет.