Общество17 марта 2021 9:16

Полугодовалый «вещдок»: суррогатного малыша отправили в детдом вместо семьи из Китая из-за уголовного дела о «торговле детьми»

Маленького Зао хотела усыновить ухаживающая за ним няня из Красноярска, но ей не позволили
Зао. Фото: семейный архив Дарьи СТУЛИНСКОЙ

Зао. Фото: семейный архив Дарьи СТУЛИНСКОЙ

НЯНЯ ЗА 2000 В ДЕНЬ

Дарье Стулинской из Красноярска 38 лет.Кинолог по профессии, сейчас она держит гостиницу для собак (живут в двухэтажном коттедже, есть своя территория). Муж работает в МЧС, дочкам 12 и 7 лет, - Влада и Богдана. На лето девочки уезжают к бабушке в деревню, поэтому, когда Дарья увидела объявление о том, что нужны няни для рожденных от иностранцев детей от суррогатных мам, которых временно не могут вывезти за границу, решила - почему нет? Посоветовались с мужем, и буквально за день договорились, - давай!

- Объявление подало агентство по суррогатному материнству, как мне казалось, нормальное – офис в центре города, все документы, - вспоминает Дарья. – Сказали, примерно на три месяца нужна няня малышу, ему всего 10 дней. Заключили договор, оплата - 2 000 в день.

И новорожденный малыш, кучерявый темноглазый по имени Зао, оказался в семье Стулинских.

Зао. Фото: семейный архив Дарьи СТУЛИНСКОЙ

Зао, как и другие дети, рожденные суррогатными матерями для китайских родителей в десятках городов, «застрял» в России из-за пандемии. Агентства стали нанимать нянь до разрешения ситуации, но разрешение, как и пандемия, затянулось.

- У него было свидетельство о рождении,в котором указана мама, в графе «отец» - прочерк. - продолжает Дарья. – Она казашка, проходила процедуру искусственного оплодотворения, то есть она – биомама, а китаец – биоотец. Был медицинский полис, и на меня оформили доверенность как на полноправного представителя малыша.

Дарья и Зао. Фото: семейный архив Дарьи СТУЛИНСКОЙ

На ребенка не был оформлен отказ в роддоме. Но Дарье тогда не показалось странным, что его отдали «просто так»: была же доверенность...

- В мои обязанности входило следить за ребенком, ухаживать, водить, если нужно, к врачам, и каждый день слать отчеты китайской стороне через посредника-переводчика, с фото. Про семью я сначала ничего не знала, потом выяснила - его собирался усыновить мужчина, не семейная пара. Деньги приходили два раза в месяц, исправно.

Семья Дарьи. Фото: семейный архив Дарьи СТУЛИНСКОЙ

ПЕРВОЕ СЛОВО СКАЗАЛ ПО-РУССКИ

Маленький Зао задержался дольше, чем планировалось договором.В шесть месяцев сделал робкие шаги, держась ручонкой за диван. Когда от бабушек вернулись дочки, со второго этажа коттеджа стал раздаваться дружный хохот - все трое «бесились», пока мама работала внизу или во дворе.

Фото: семейный архив Дарьи СТУЛИНСКОЙ

- Мы вспомнили, что такое быть родителями малыша, - говорит Дарья. - Спали по очереди, не спускали с Зао глаз - он такой шустрый! Не давал покоя, но это хорошо. Мы все к нему привыкли, не разделяли детей, кто наш, кто не наш. А Зао начал пытаться произносить слова. Первое, по-русски - «мама».

Агентство продолжало исправно платить, Китай - принимать отчеты. А потом пошли новости об уголовных делах о торговле детьми, арестах – и у Дарьи заныло сердце…

МАЛЫШ-НЕЛЕГАЛ

Напомним, в январе прошлого года в Москве умер младенец, рожденный для филиппинской пары суррогатной мамой. По всей стране нашлись десятки похожих квартир-передержек, вскрылись схемы сомнительной (дела еще на стадии расследования – Ред.) передачи детей за границу. В отношении и того самого агентства, которое наняло Дарью, завели уголовное дело – мальчик родился не от суррогатной матери, а от биологической (см. «Вопрос ребром»). Зао оказался одним из «нелегальных» малышей. 25 декабря семья готовилась к Новому году. Муж был во дворе, все дети наверху, Дарья убиралась на первом этаже. И вдруг в ворота застучали так, что они зашатались.

Фото: семейный архив Дарьи СТУЛИНСКОЙ

- Стоял УАЗ с тремя полицейскими, а внутрь зашли две женщины – полицейский и представитель опеки. Как в кино, спросили, есть ли в доме ребенок, который не наш. И велели собирать Зао. Сказали, если буду тянуть время, увезут, в чем есть.

С ребенком Дарья поехала в отдел полиции, дала показания, - малыша унесли. Как она потом выяснила, его поместили в Дом ребенка, как и всех остальных. Видеть запрещено –она человек «с улицы».

- Я понимаю, что не имею на него прав по документам, - говорит Дарья. - Но по факту он наш, родной. Если будет нужно по закону, я его передам - отцу в Китай, приемной семье. Но нет сил жить с мыслью, что он, как сирота, в приюте. Любимый всеми домашний малыш! Мы решили биться хотя бы за его опеку.

Фото: семейный архив Дарьи СТУЛИНСКОЙ

За три месяца они с мужем прошли школу приемных родителей, собрали все документы и получили статус потенциальных опекунов. Но оказалось, что они не могут вернуть Зао. Как и другие дети, он пока, грубо говоря, «вещдок» в уголовном деле.

ВОПРОС РЕБРОМ

Что будет с ребенком?

Ирина Мирошникова, уполномоченный по правам ребенка в Красноярском крае:

- Нужно понимать, здесь идет речь даже не о серых, а о черных схемах. Но следствие не будет длиться годами - закончат дела, решится и судьба малышей. Что касается в целом их дальнейшего статуса, он будет зависеть от исхода следствия. Да, дети сейчас не дома. Но они как раз в безопасности. Это дом ребенка, там за детьми ухаживают, есть специальный персонал – и чтобы покормить, и чтобы, в том числе взять на руки. Конечно, это хуже родных рук. Но ситуация, надо признать, непростая. И дом ребенка – это лучше, чем недобросовестные руки, в которых может оказаться ребенок. Ведь он может быть использован в любых целях. Поэтому нужно набраться терпения, устройство этих детей – вопрос времени. Я понимаю чувства няни, но всегда смотрю на ситуацию, исходя из интересов ребенка. А здесь они страдают. В любом случае, мы получили обращение Стулинских по этому поводу и посмотрим, что можно сделать по закону, будем всех держать в курсе ситуации.

Фото: семейный архив Дарьи СТУЛИНСКОЙ

Почему это «торговля детьми»?

Сергей Ратников, юрист

Если начать с азов, то суррогатное материнство - это один из способов лечения бесплодия. Согласно прямой трактовке закона, супруги, незарегистрированная пара или одинокая женщина могут обратиться при надлежащих медицинских показаниях за помощью в мед.организацию. Специалисты на основе генетического материала заявителя или донорских клеток создают эмбрион, который подсаживают суррогатной матери.

Суррогатная мама - женщина, которая согласилась выносить ребенка, с которым у нее нет прямой генетической связи. То есть малыш появляется без использования ее половых клеток, законом обратное прямо запрещено.

На практике в нашей стране есть случаи, когда за помощью обращались и одинокие мужчины. Если толковать действующие нормы и ссылаться на конституционное равенство прав женщин и мужчин, то прямого запрета на оказание помощи им нет. Всю ответственность на себя берет в этом случае медицинское учреждение, а родившегося ребенка регистрируют в судебном порядке.

Если исходить из текущих данных красноярского прецедента, то здесь действительно содержатся все признаки состава преступления «Торговля людьми». По факту биологическая мать родила ребенка - и попросту продала его за деньги.

При суррогатном материнстве процедура выглядит иначе. Для начала, будущие родители должны обратиться в мед.учреждение, подтвердить диагноз, выбрать, с применением чьих клеток будет создаваться эмбрион, кто будет сурмамой.

Для того, чтобы сурмама, генетические родители и, конечно, малыш, были юридически защищены, составляется договор о суррогатном материнстве. К сожалению, в нашей стране его форма до сих пор не урегулирована, поэтому для его создания и трактовки используется основа сразу нескольких отраслей права. Именно в этом документе описаны права и обязанности сторон, размер материальной поддержки сурмамы, и порядок передачи ребенка.

Если все проходило по закону, то после рождения ребенка на руках у генетических родителей уже есть:

-медицинское свидетельство о рождении; -Согласие суррогатной матери на запись в органах ЗАГС Генетических родителей в качестве родителей рожденного ребенка (в соответствии с пунктом 4 статьи 51 Семейного Кодекса РФ) -справка из клиники о том, кто является биологическими родителями ребенка.

Положения закона закрепляют право быть записанными в качестве родителей только лиц, состоящих в браке между собой и давших свое согласие на применение методов вспомогательных репродуктивных технологий (п. 4 ст. 51 Семейного кодекса). В связи с этим органы ЗАГС отказывают в регистрации рождения детей гражданам, не состоящим в браке, а также одиноким женщинам и мужчинам. Регистрация в этих случаях через суд.

Если вместо имплантации эмбриона (оплодотворенных чужих половых клеток) была инсеминация (оплодотворение собственных клеток матери), то это уже не суррогатное материнство, а передача ребенка - самая настоящая торговля людьми.

Одним из спорных вопросов - может ли претендовать на ребенка гражданин Китая, указанный в качестве отца. Ответ на него может дать генетическая экспертиза, которую обязательно необходимо проводить в любом громком расследовании о суррогатном материнстве.

Важно также помнить, что этот институт существует в нашей стране порядка 25 лет, и подарил тысячам семей, которые не могли иметь своих детей, счастье. Сегодня изменения в законе назрели, но они должны дать суррогатному материнству возможность развиваться, а не исчезнуть. Вместо ограничений, которые пытаются навязать народные избранники, надо попытаться укрепить систему - наконец-то определить форму договора (сейчас он составляется исходя из норм смежных отраслей права), создать форму контроля за организаторами и посредниками процесса, привести в единый нормативный вид документацию.

Без этих изменений, как и с полным запретом, мы получим вместо института суррогатного материнства жуткий теневой бизнес.

Николай Алмаев, юрист:

- Суррогатными технологиями могут воспользоваться супружеские пары и одинокие женщины. Исключительно по медицинским показаниям, если они бесплодны. Здесь же речь идет об одиноком мужчине, желающем стать отцом. На этот счет в законе ничего не сказано, он не запрещает и не разрешает, все решается через суд. В законе «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» четко указано: суррогатная мать не может быть генетической матерью ребенка. Для процедуры обязательно берут яйцеклетку донора. Тогда как в нашей истории сурмама мальчика и есть его биологическая мать- женщину для медицинского вмешательства увезли подальше - в Камбоджу. А там, предварительно, сделали не подсадку эмбрионов, а инсеминацию, чего закон тоже не предусматривает. Получается, она отдала ребенка за вознаграждение.