Геолог - это не профессия, а образ жизни
Бородатые мужики в кирзовых сапогах, которые годами живут в палатках и поют надрывные песни про тайгу и верных друзей, - так, пожалуй, большинство людей представляет себе геологов. Но мало кто задумывается, насколько важен их труд. Мы решили узнать, а что на самом деле значит быть геологом.
Тяга к геологии появилась в школе
С Ольгой Перфиловой, доцентом кафедры геологии СФУ, мы встречаемся в фойе университета. Как ни странно, среди геологов много женщин, говорить о том, что это «чисто мужская» профессия, нельзя. Глядя на эту женщину, и не скажешь, что сорок лет своей жизни она отдала геологии. Двадцать сезонов провела в экспедициях: в горах, тайге, хакаских степях. Но последние два года Ольга Юрьевна занимается преподавательской деятельностью.
Беседовать нам предстоит в ее рабочем кабинете. Кабинет находится в подвальном помещении. На полках - книги в потертых переплетах, на полу, на столах - ящики с минералами, на стенах - карты, нарисованные и раскрашенные вручную. И, конечно же, фотографии.
- Родилась и выросла я на Урале, - Ольга Перфилова наливает нам и себе чай. - У меня тяга к геологии проявилась еще в школе. Сначала занималась в кружке «Юный геолог», который вел наш учитель географии. Потом начиталась книжек Ферсмана (известный геолог) и решила идти в Ленинградский горный институт. Кстати, у нас из 30 человек выпускников 20 пошли в геологические вузы.
Проучившись пять лет на кафедре минералогии и получив диплом, еще три года Ольга Перфилова отработала в институте. А потом отправилась в поля.
- Из Ленинграда я уехала в Красноярск работать в геологосъемочной экспедиции, - вспоминает женщина-геолог. - Там я занималась созданием геологических карт, на которых отмечается, где находятся залежи полезных ископаемых.
Вездеход на крыше палатки, борщ под слоем комарья
Свою первую экспедицию Ольга Перфилова помнит очень хорошо: ее отправили работать в Тыву, в горы Западного Саяна.
- Тогда меня очень поразила местная природа. - Геолог перелистывает старые фотографии. - Мы работали на большой высоте, где одно небо, снег и камни, по которым ползают пауки. Растительности почти нет, только кое-где карликовые березки. Кислорода в воздухе мало, дышать трудно. Про красоту природы забываешь быстро из-за нечеловеческих нагрузок.
Уставать действительно было от чего: в маршрут геологи тащат за спиной огромные рюкзаки с инструментами, которые весят столько, что порой невозможно встать без посторонней помощи.
- Обычно в экспедиции мы работаем парами, это геолог, который наносит на карту выходы минералов на поверхность, и маршрутный рабочий, который помогает геологу, - продолжает рассказ Ольга Перфилова. - Встаешь рано с утра, еще затемно, чтобы успеть выйти на свою тропу с рассветом. И целый день вдвоем по горам или по тайге. Еду с собой брали, я помню, как в первой же вылазке мы с рабочим не смогли разжечь костер, чтобы разогреть еду. Так и жевали холодную кашу.
За этой экспедицией последовали и другие — в основном в Тыву, Хакасию, южные районы Красноярского края.
- Несколько раз я ездила на Север, - вспоминает Ольга Юрьевна. - В основном у меня там бывал муж, тоже геолог, мы с ним постоянно в разъездах были, виделись редко. Он в основном работал на Таймыре. Это суровый край — болота, комарье. Палатку ставили на крыше вездехода, а без накомарника вообще жить нельзя: гнус сразу лезет в глаза, нос. Наливаешь тарелку борща, и она сразу покрывается шевелящимся слоем комаров в палец толщиной.
Раньше были компас и карта, сейчас прибор GPS
За двадцать лет в поле Ольга Перфилова повидала немало: это красивейшие пейзажи и незабываемые закаты. Порой приходилось мокнуть под дождем, порой отгонять от лагеря любопытных медведей.
- С медведями геологи встречаются регулярно, - улыбается женщина. - Если рядом со стоянкой живет медведь, он обязательно придет в гости. Собаки его боятся, забиваются в угол палатки. А вообще как-то раз мы поставили лагерь в неудачном месте — возле медвежьей «заначки». Он спрятал возле лагеря задранную им козу и ходил кругами. Мы всю ночь толком не спали, а с утра нашли козу и перенесли лагерь.
По словам геологов, от медведя скрыться и убежать практически невозможно: он очень быстр.
- Хотя некоторые наши ребята боролись с косолапыми и даже побеждали, - вспоминает геолог. - Ну а мы, женщины, боялись, конечно. В экспедициях медведи это не самое страшное. Однажды мы шли по маршруту, по самому гребню хребта, как вдруг ветер сильный налетел, из туч стали бить молнии. И мы, как два громоотвода. Вспышки, ураган, мы за камнями спрятались, вжались и сидели дрожали. Через час где-то все закончилось. Бывало и боялись просто заплутать в темноте. Есть только компас и карта. Это сейчас все ходят с приборами спутниковой навигации GPS. Рации не такие громоздкие, техника посовременнее, в лагере электричество. А карты можно рисовать и заполнять в ноутбуке, не нужно от руки, на колене, при свете фонарика, как раньше. Единственное, что не меняется с годами, — так это люди, которые идут в геологи. Все такие же увлеченные, работающие за идею. Зарплаты начинающих геологов сегодня невысоки: пять-шесть тысяч рублей. Но люди все равно идут. Потому что для них геология это не профессия, а образ жизни.