Как я работал мельником
Молоть муку такая мука...
Мы продолжаем серию статей, посвященных хлебу. В этот раз наш корреспондент устроился работать на мельницу, чтобы узнать, как зерно превращается в муку.
Искать мельницу для временной работы я начал сразу после возвращения с красноярских полей, где работал комбайнером (об этом я рассказывал в предыдущем выпуске журнала «Земля и люди»). Пришлось потрудиться - то мельница находилась очень далеко, то руководство ни в какую не шло на контакт. Но наконец-то нужное предприятие было найдено, и мы отправились в Дивногорск, где мельница и находится.
Предприятие расположено в промышленной зоне на городской окраине. Но понять, что это мельница, можно сразу. Под навесом лежат мешки с мукой и отрубями, накрытые полиэтиленовой пленкой, возле деревянных ворот в цех рассыпано зерно. В прохладном утреннем воздухе возле мукомольного цеха пахнет молотой пшеницей.
Едва я собираюсь постучаться в двери, как из цеха выходят утомленные рабочие, освободившиеся с ночной смены.
В цехе работают только мужчины
- Здравствуйте, вы к нам поработать? - приветствует меня и фотографа девушка, помощница директора. - Тогда пойдемте, переоденьтесь. Иначе вас потом и мама родная не узнает.
Мне выдают новенький комплект одежды, еще в целлофане. В раздевалке уже вовсю переодеваются мужчины-работники мельницы. Кстати, женщины здесь трудятся лишь в бухгалтерии и дирекции. Рабочая смена начинается с восьми утра и заканчивается в восемь вечера. Слабому полу такая нагрузка не под силу.
- Ты к нам работать? - с ходу спрашивает меня один из них, парень лет 25. - Я Александр, можно просто Саня. Ты из газеты, да? Ну мы тебе все расскажем, что да как здесь. Тут большого ума не надо, все само работает, только знай следи, да мешки подставляй. Пойдем, проведу экскурсию специально для тебя.
Саня работает на этой мельнице уже четвертый год, иногда, правда, уходит в загулы.
- Ну бывает, когда совсем достанет, на недельку отдыхать ухожу, - ухмыляется мой провожатый. - А ты попробуй вкалывать 6 дней в неделю по 12 часов. Офигеешь. Вот иногда и расслабляемся. Да и получаем не очень много. Но сколько, не скажу, это коммерческая тайна.
Перед помолом зерно должно отлежаться
Вместе с Саней мы идем через цеха, в самое начало цепочки, в место, где выгружают зерно. В день его завозят тонн по 30. Перед выгрузкой приходит лаборант, набирает немного пшеницы на пробу и уходит в лабораторию. Там зерно мелют на маленькой мельничке, потом просеивают и уже после этого проверяют на количество и качество клейковины, от которой и зависит качество муки. Если все нормально, то зерно ссыпают в большую бетонную воронку с узкой трубой в самом низу, по которой оно и попадает на ленту конвейера, который несет его в отсевочную камеру.
- Сначала зерно просеивают, всякий мусор, камешки, шелуха остаются, - со знанием дела растолковывает мне Саня. - А зерно идет по трубам на мойку. Здесь водой с него всякую шелуху и сбивает.
Рядом с моечным аппаратом стоит огромный ящик - в него и выбрасывается шелуха и прочий мусор.
После мойки зерно отправляется дальше, в сушилку.
- Сохнет все здесь, - Саня указывает пальцем на большие деревянные короба, возвышающиеся до потолка. - Нужно чтобы перед помолом зерно постояло 12 часов. Кстати, ты знаешь, что из свежего зерна нельзя сразу молоть муку? Перед тем как попасть к нам, оно отлеживается 3 месяца.
- Нет,- удивляюсь я. - Мне сказали, что зерно свежее.
- Э-э-э, брат. Нельзя муку молоть только из свежего, - хитро ухмыляется Саня. - Все делается так: на помол привозят самое старое зерно этого урожая ― то, которое в августе собрали. Мы его размешиваем пополам с зерном прошлого урожая. Тогда и молоть можно. Сама мука тоже должна отлежаться недели две. Только тогда из нее можно печь хлеб.
Следующий момент - это и есть собственно перемолка зерна. Из коробов оно по конвейеру проступает в дробилку.
- Ты смотри, нигде руки не суй, - предупреждает Саня. - А то умников хватает... Короче, дальше измельчается в этих дробилках, их четыре. Сначала в одной, потом в других. Перед тем как в мешки ссыпать, мука проходит сквозь сита, а потом все высыпается в мешки. Вот около этих мешков мы и стоим, когда надо, закрываем подачу и мешки убираем. Вот тебе придется все это делать.
Полцентнера на плечах
С этого момента и начался мой рабочий день. Из трех труб постоянным потоком идет мука первого, второго сортов и отруби. У одной из труб стоим мы с Саней, изредка пиная ногой мешок, чтобы мука ложилась плотнее.
- Короче, смотри. - Ловкими движениями мой напарник отцепляет наполненный мешок с мукой от трубы. - Снял, и сразу ставь на весы. Муки больше чем 50 килограммов, тогда отсыпаешь, вот ковшик. Если меньше - досыпаешь из этого мешка.
Рядом с весами стоит открытый мешок с мукой. Туда ссыпается все лишнее или, наоборот, зачерпывается недостающее.
- Взвесил? - спрашивает меня Александр. - Теперь снимай, и зашивай мешок.
Вручную, к счастью, это делать не надо. Сверху на тросике свисает специальная швейная машинка. К мешку прикладывается картонная этикетка. Мешок зашивается буквально одним движением. Мой первый шов получается кривым и корявым.
- Не боись, все нормально, - утешает меня Саня. - У всех сначала коряво выходит. Новичков на муку мы не ставим, на отрубях люди тренируются. Через месяц где-то на второй сорт, а потом и на первый.
Когда мешок зашит, его нужно отнести на склад, там уже хранится около 150 тонн муки, или 3 000 мешков. Если мешок с отрубями весит 25 килограммов и его легко можно взвалить на плечи в одиночку, то мешок с мукой - это полцентнера, и на плечи его закидывают уже вдвоем.
- Смотри, показываю, как мешок надо брать, - говорит напарник Александр. - Берем его за края, поднимаем, ты разворачиваешься и подныриваешь под него. На спину взвалил и несешь на склад.
Первый мешок дался мне легко, я отнес его и уложил на складе. Но с каждым отнесенным мешком взваливать себе на плечи эту нелегкую ношу становилось все труднее. А я с ног до головы покрылся слоем муки.
- Да, мы тут не лаптем щи хлебаем, - ухмыляется оператор помола (так называется наша с ним должность) Александр. - Ничего, скоро перекур. Отдышишься.
Работа действительно не из легких. Выходим на улицу, мужики закуривают и пускаются в разговоры «за жизнь».
- Ну и как тебе наша работа? - доходят и до меня. - Сложно? Мы по несколько лет тут пашем. Но работа есть всегда, хлеб-то все едят.
При очистке 1 тонны зерна от примесей отсеивается около 30 килограммов шелухи, камешков и прочего мусора Фото: Мария Ананова
Мельницах турецкие, оператор - турок
Пяти минут перерыва, чтобы отдохнуть, явно не хватает. Но меня жалеют, все идут в цех, а мне вручают в руки метлу.
- Подметешь пока, ночная смена, гады, плохо убрали, - наставляет меня оператор и по совместительству начальник смены турок Аднан Илбай. - Потом, если интересно, я тебе покажу, откуда вся система управляется.
Мусор я убрал быстро, по правилам подметать цех нужно два раза в сутки, чтобы не стояла пыль и не заводились мыши.
- Все убрал? Молодец! - хвалит меня Аднан. - Идем, покажу пульт.
Пульт стоит посреди цеха, именно с него все и регулируется - скорость подачи зерна, скорость ножей, дробящих зерно. Надписи на пульте на английском и еще каком-то непонятном языке.
- Эта мельница турецкая, - сразу отвечает на несколько моих вопросов оператор. - Поэтому и я здесь работаю. Начальство, когда предприятие открывало, решило взять заграничную технику. Она и надежнее, и экономичнее, и производительность выше. Российский аналог стоит почти столько же, а показатели его хуже. Поэтому и я сюда работать приехал.
Аднан приехал в Россию несколько лет назад, вместе с мельницей. Сначала он руководил ее установкой и наладкой, а потом так и остался в Красноярске.
- Я остался, жену свою привез сюда, - рассказывает мне он, отряхиваясь от муки. - Сейчас жена и дети, у меня их трое, уже граждане России, я вот все никак не получу. Скоро поеду в Турцию бумаги оформлять...
Результат ― 300 мешков муки за смену
Смена медленно подошла к концу. За 12 часов упорного, тяжелого труда мы намололи почти 300 мешков муки, количество для старинной ветряной мельницы немыслимое. Триста мешков - это по 75 мешков на человека. Их нужно взвалит на плечо, пронести метров 50, а потом уложить на огромный штабель таких же мешков. За день с мешком муки на плечах мужики преодолевают почти 4 километра. А ведь есть еще и отруби. Пока я думал и производил подсчеты, на склад заехала машина с одного из красноярских хлебозаводов. И мы отгрузили еще сотню мешков, пройдя под грузом еще с десяток километров на четверых.
Машина уехала, переоделись и мы, умылись теплой водой из-под крана и отправились по домам. На следующий день у меня ужасно болели мышцы и суставы, как будто меня переехал самосвал. Вот так оказалось, что молоть муку - такая мука...
НА ЗАМЕТКУ
Из одной тонны чистого зерна получается:
- 750 килограммов муки 1-го сорта (25 мешков)
- 20-30 килограммов муки 2-го сорта (меньше 1 мешка)
- 220-230 килограммов отрубей (9 мешков)
Перевоплощения корреспондентов КП-Красноярск