Чудом выжившая после удара током в 27 000 вольт: «Жалею ли я, что шла той дорогой, где был провод - нет!»

Чудом выжившая после удара током в 27 000 вольт: «Жалею ли я, что шла той дорогой, где был провод - нет!». Фото: семейный архив

«Больше всего на свете я переживала о двух вещах: теперь больше не смогу танцевать и ходить босиком по лужам. Сейчас мне смешно, а тогда было больно», - признается Наталья Рыжова.

История 37-летней красноярки потрясает: она чудом выжила после смертельного удара током в 27 тысяч вольт, лишилась ног. А потом сумела стать счастливой – наперекор судьбе. Любимой, женой, мамой и еще – профессиональной спортсменкой. «Мне говорят: кажется, Вселенная вас любит. И… это взаимно!» - улыбается она. Как невозможное сделала возможным, Наталья поделилась с «Комсомольской правдой – Красноярск». Вот ее рассказ – без купюр.

Фото: семейный архив

Мама не хотела отпускать

- Сразу отмечу: свою жизнь ДО травмы я, как ни странно, помню обрывками. Например, не узнаю одноклассников на фото, не могу сказать, как их зовут.

… Все случилось в 1997-м году, мы жили тогда в селе Зыково, это километрах в 25 от Красноярска. Обычная хорошая семья: мама работала в торговле, папа на заводе сварщиком. Я - единственная дочка, брат младше меня. В школе училась хорошо, аттестат потом был без троек. Но росла пацанкой, самой задиристой в нашей параллели, со всеми дралась.

В тот день – как раз на Пасху – мы с друзьями собрались поиграть в футбол. Но мама (как чувствовала) не хотела меня отпускать, потому что я отказалась идти с родителями в гости. Вот и заявила: «Тогда будешь сидеть дома!». Только ушли, я за порог. Мне было 13 лет, упрямая, не остановишь. Тропинка на футбольное поле (оно было за карьерами) проходила рядом с подпитывающей станцией. И там провис провод под напряжением, мы его даже не касались.

Фото: семейный архив

Нас было четверо, я шла последней. И вольтовой дугой – через землю – меня ударило током. Физика – штука такая, с ней не поспоришь.

Шансов не было вообще

- Был взрыв, я горела. Ток вошел в правую руку, вышел через ноги. Не задело только мозг и сердце, все остальное оказалось поражено. 80% ожог тела, внутренние органы.

В больнице меня положили в палату, из которой никого не выписывают. Это мне рассказали потом. Прогнозы врачей были нулевые. Не говорили даже, что есть один шанс из ста. По словам медиков, шансов не было вообще. А только вопрос – сколько ребенок продержится, день или два.

Папу и маму в палату не пускали, но они постоянно были рядом, сидели в коридоре. Папа – человек суровый, даже жесткий. Но в машине «скорой» он плакал, в первый раз на моих глазах. Это едва ли не единственное, что всплывает в памяти.

Прошел день, еще один – а я жила. Врачи сделали, что могли, чтобы меня отстоять. Для этого в первые же часы им пришлось отнять ноги. Пытались избежать ампутации, но нет.

Папа носил на руках

- В реанимации провела два месяца. Операции, процедуры, но я держалась. Выписали всю в бинтах, кроме головы. Сама не могла даже сесть. А дом наш был в деревне, где удобства на улице. Плюс лестница, крыльцо. Без посторонней помощи было не обойтись. И тогда папа ушел с работы, чтобы ухаживать за мной. Носил на руках.

Но (!) мне помогали, когда реально нужна была подмога. А, когда могла что-то сделать сама, не вмешивались. Так что еще в бинтах хлопотала по дому, могла что-то приготовить, например.

Жалела ли себя? Сломалась? Был момент еще в больнице, когда я понимаю: мама плачет, папа тоже, все родственники. Потом приезжает бабушка и… тоже начинает рыдать. В ответ отрезала довольно жестко: если я еще заплачу, это конец всему. Не было у меня такого варианта. Может, поэтому и появились совсем другие.

Фото: семейный архив

Чудо от мистера Икс

- После выписки из больницы мне исполнилось 14 лет. И тут новая напасть: у нас сгорел дотла дом. В гараже произошло короткое замыкание, а там канистры с бензином. И огонь перекинулся на дом, среди ночи. Мы выскочили, в чем были, почти ничего не успели спасти.

Жили у родных, друзей, все потеряли. Об этом тогда написали в газетах. И произошло невероятное: благодаря публикациям о нашей беде узнал известный политик, меценат. Предложил помощь – как частное лицо: на свои деньги купил нам квартиру в Красноярске, отправил меня на протезирование, подарил первый компьютер. Попросил только об одном: нигде и ни при каких обстоятельствах не открывать его фамилию, сколько бы времени ни прошло. Конечно, мы держим слово, как может быть иначе.

Из «френдзоны» – прямо в ЗАГС

- И вот мы переехали в город, я стала ходить на протезах. Выделяться не хотелось, предпочитала быть, как все. И получалось. Многие даже не догадывались, что со мной произошло.

В 2000-м году поступила на факультете информатики в политехническом. Но не доучилась буквально год: в 2004-м вышла замуж. С Мишей мы познакомились в компании друзей на набережной. Мне было 19, ему 17 с половиной. Сначала общались как приятели, иначе я его не рассматривала. Хотя у него всегда была взрослая позиция, серьезная. Кстати, с личным проблем у меня никогда не было. Мама поражалась: «Не могу понять, почему все твои подружки страдают, что нормальные парни перевелись, а ты еще выбираешь?». Но так все и было.

Незаметно для меня мы с Мишей начали встречаться. И также спонтанно подали заявление в ЗАГС. Я мечтала о музыкальном институте, он помогал добираться на курсы. Как-то зашли внутрь, стояли на лестнице, он и предложил: «Пойдем в ЗАГС?». – А пойдем! Друзья не отговаривали, только его мама поначалу была в шоке. Но сейчас мы с ней в идеальных отношениях, по-настоящему родные. Все казалось игрой, а по итогу вышло иначе. Мы вместе уже 17 лет.

«У вас мальчик!»

- В сентябре мне исполнился 21, а в марте я родила сына. Знала, что у меня будет пацан, лет с 15. И точно! Не отговаривали ли врачи? Вообще нет, но сложности, конечно, были. Мне запретили ходить на протезах – большая нагрузка. Часто прописывали постельный режим, я же все прыгаю. Дважды лежала на сохранении. Потом было кесарево. Пришлось собирать справки, что мне можно, я вынесу.

В первый день после кесарева детей никому не отдают, я не исключение. Потом меня перевели в палату, Кирилла приносили только покормить. Боялись нагрузок и прочего. А у меня в роддоме работала знакомая. И она услышала, как медсестры судачат: «С ума сошла рожать в такой ситуации! Да она не справится! Ребенка надо забрать!». Привезли мне сына, я его покормила и заявила: «Не отдам!» С тех пор он был со мной, никаких сложностей это не вызвало. Мне всегда есть, кому помочь, на кого опереться. Муж, мои и его родители – я чувствую от них такую поддержку…

Делаю только то, что нравится

- Муж - предприниматель, занят в семейном бизнесе. Сейчас пытается сохранить его в условиях пандемии ковида.

А я работала всегда. Но ни дня не ходила в офис. Занималась общественными делами (создала курс для колясочников, чтобы им проще было передвигаться по городу – прим.ред.), музыкой. Всегда делала то, что мне нравится. То есть мне и в этом повезло.

Фото: семейный архив

В 25 лет в мою жизнь вошел спорт. Сначала это была стрельба из лука. Почему? После рождения сына набрала 20 килограммов. Гормоны, к тому же запретили протезы – я пересела в коляску.

Была не в форме, хотела стать легче. Не ходить месяцами по магазинам в поисках вещи, которая мне подойдет. Мечтала нравиться, прежде всего, себе. Тренировалась каждый день по несколько часов, почти без выходных. И месяца через три-четыре лишнего веса как ни бывало.

А я, что называется, вошла во вкус. К стрельбе добавился тренажерный зал, правильное питание. Потом начала работать над рельефом, над пропорциями, а это процесс долгий, постоянный.

К слову, я себя не заставляла, все было «по любви». Занималась так, что тренер даже вынужден был отправить меня в отпуск. Я ушла на пару недель, но за это время взялась и записала свой альбом – я сочиняю песни (слова и музыку, все сама). Дома четыре гитары, есть и электрическая.

А потом пришла в кроссфит (программа упражнений на силу и выносливость – прим.ред.) и осталась. Сейчас за плечами несколько марафонов, наши и международные состязания (там я была единственной адаптивной спортсменкой из России). То, что я делаю сегодня, вчера для меня было из области фантастики. Стойка на руках, даже на скакалке прыгаю! (улыбается).

Фото: семейный архив

Пережила момент, когда ты никогда собой не довольна. Еще два года назад придиралась: щеки большие, руки тоже. Но сейчас я пришла к точке равновесия: набрала 2 кг, скинула их – мне комфортно. Хотя на турнике я эти 2 кг чувствую ооочень отчетливо!

Хочу - выполняю

- Как пережила пандемию? Вела для ребят-спортсменов тренировки онлайн – прямо из дома. Использовали бутылки с молоком, пачки с крупами, рюкзаки, швабры. Мне это очень помогло, и другим тоже.

А еще приняла участие в конкурсе красоты. В 2019-м выиграла, в 2020-м выступала как ведущая и куратор. И как будто открыла себя заново: доказала, что я не только спортсмен мозга костей, но и женщина.

Фото: семейный архив

… Чего хочу для себя? Всего, что уже есть. Я вообще не знаю, как это, мечтать. Хочу – делаю. Даже пыталась притянуть за уши мечту. И намечтала, что когда мне стукнет 70 лет, стану крутым тиктокером. Буду танцевать с внучатами, снимать видео и ни о чем не париться. Стремления заработать все деньги мира нет, у меня другие цели.

ЦИТАТА

«НАУЧИЛАСЬ ЛЮБИТЬ ТО, ЧТО ИМЕЮ»

Сегодня я знаю одно - не пройди я этот путь, я бы не сделала и половины из того, что могу сейчас. Именно благодаря всему, что случалось в моей жизни, сегодня я такая, какой вы меня знаете. Жалею ли я, что шла именно той дорогой, где был провод - нет! Я научилась любить то, что имею. А еще поняла, что благодаря травме (именно благодаря, а не вопреки) у меня есть миллион возможностей что-то менять.