
В свои восемнадцать Оксана была «живчиком». Все успевала. Училась на столяра. Мечтала много зарабатывать и объездить полмира. Все перечеркнула одна поездка. Школьный приятель позвал ее с подругой покататься. Компания отправилась к в гости к знакомому почти за 300 километров от Красноярска, в Ужур. Дело было в августе 2023-го.
Водитель Равиль В. – парень, недавно получивший права, не справился с управлением. Машина слетела с дороги и перевернулась. Оксану собирали по кусочкам. Ногу сохранить не удалось. Ампутация. Операции. Капельницы. Очнувшись, она тонула в боли и думала: как жить дальше? Кому она теперь нужна? И тут в больницу пришел он.
Виновник аварии окружил ее заботой, красиво ухаживал и в итоге сделал предложение и надел обручальное кольцо. Она поверила: это настоящая любовь, для которой ничего не имеет значения.

Позже она поняла, что жестоко ошиблась. Оставшись один на один с протезом, счетами за лекарства и лечение, она обратилась в суд. Потребовала с виновника аварии компенсацию за увечья, нанесенные до брака. И добилась своего. Правда, не миллиона, а меньшей суммы.
«Комсомолка» попросила Оксану рассказать ее историю. Мы дали возможность поделиться своей версией и виновнику ДТП, однако он отказался.
Авария случилась ночью 20 августа 2023 года на загородной трассе. В машине – Оксана на переднем сиденье, ее подруга на заднем и водитель Равиль. Трезвый. Все пристегнуты.
В материалах дела ему вменяется то, что нарушил правила дорожного движения: не выбрал безопасную скорость в дождь. По материалам дела, ехал он не более 70 километров в час, но на мокром асфальте и этого хватило. Потерял управление, съехал на обочину, потом легковушка улетела в кювет и перевернулась. Эксперты подтвердили: автомобиль исправен. Виновен тот, кто за рулем. Кстати, машина была не его – отчима. Смотришь на фото искореженного кузова и не понимаешь: как там вообще кто-то выжил? Больше всего досталось правой стороне, где сидела Оксана.
Впрочем, наша героиня уверяла, что про 70 км/ч водитель лгал:
– Ехал он по факту 140-150 км/ч. Он вообще любит врать. И на суде тоже врал.

Выбравшись, Равиль сразу вызвал скорую помощь. Его и пассажирку с заднего сиденья госпитализировать не стали: оказали помощь на месте. А Оксану умчали в реанимацию ближайшей больницы с переломами и внутренними травмами. Покалеченную ногу сохранить не удалось.
Эксперты назовут все это казенным языком «тяжким вредом здоровью». Страшно даже представить, через что прошла девушка. Воспоминания, которыми она поделилась с «Комсомолкой» – не для слабонервных.
– Открыла глаза я уже в реанимации. Я еще не знала, что нет ноги. Были дикие боли в спине, в ноге… Я ее чувствовала… В руке торчали спицы. Голова «не варила», что происходит, болела сильно. Почувствовала, что зуб откололся. Была в шоке. Начала вспоминать, что вообще произошло. Вспомнила, как Равиль ощупывал тело мое на повреждения, когда я еще была в машине. Я закричала от того, что он тронул руку. Пыталась открыть глаза, но они не открывались. В них мерцали звезды, тошнило, кружилось все. И… было очень холодно, будто в -40 меня посадили на что то холодное. Дальше то приходила в себя, то опять «отключалась». Помню, когда меня пытались из машины достать. Было очень больно, все тело выло от боли…
Последствия аварии для Оксаны потянули на «уголовку». Равилю грозил реальный срок: до двух лет колонии.
Но случилось неожиданное. Пока уголовное и административное дела дошли до суда в феврале 2024-го, виновник аварии успел жениться на пострадавшей. На заседание Оксана не пришла. Озвучили ее заявление:
– Прошу прекратить дело в связи с примирением сторон. Претензий не имею…
Подсудимый вину признал, заверил в раскаянии и добавил, что живет с Оксаной и оказывает ей моральную и материальную поддержку. Уголовное дело закрыли. Молодой человек избежал колонии. Его лишили водительских прав на полтора года и оштрафовали.
Первое время брак со стороны выглядел счастливым. Он делал все ради Оксаны, а она прикладывала усилия, чтобы быть хорошей женой. Ее подруга вспоминает:
– Он носил ее на руках на четвертый этаж на маникюр, возил по больницам.

Но были и тревожные ноты. Та же женщина заметила в разговоре с «Комсомолкой»:
– До аварии отношения Равиля и Оксаны были близкими. Возможно, дружескими. А явно романтическими они стали уже после больницы. Мне кажется, с его стороны это было ради того, чтобы минимизировать ответственность. Оксана рассказывала, что когда в себя пришла после всех операций, ей сначала жить не хотелось. Думала, что никому такая не нужна, а тут он со своей заботой. Так и начали встречаться.

Потом была свадьба с белым платьем и праздничной фотосессией молодоженов, а которой они светятся от счастья. Сама Оксана подтверждает: внимание и помощь поначалу были и от мужа, и от его родни. Но сейчас она не уверена в их бескорыстности.
– Нянчились со мной, как с ребенком. Видимо, чтобы я написала, что претензий не имею. Но денег не предлагали. О компенсациях речи даже не шло.
Девушка не считает, что «бывший» на нее сильно тратился:
– Протезы и реабилитацию оплачивало мне государство, за счет электронных сертификатов. Иждивенкой я никогда не была. Я работала, занималась маникюром, откладывала деньги. После аварии у меня были накопления. Периодически ему не приходилось тратить деньги на семейные расходы. Да, муж иногда покупал продукты, но чаще это делала я. Такси я себе обычно сама оплачивала до поликлиник.
Оксана вспоминает, что семейные отношения изменились после того, когда закрыли уголовное дело. Она склоняется к тому, что это не простое совпадение.
Начались ссоры. По словам женщины, муж часто отказывался ее везти, куда просила. Вплоть до того, что зимой в гололед она подолгу не могла выйти из дома. Даже добиться погулять с ней не всегда удавалось. Еще не может забыть, как однажды супруг повез ее на отдых на дачу его матери.
– Там он оставил одну и закрывался в парилке с подружкой. Зачем? Я не хотела даже думать об этом.
Еще в ее памяти из той поездки осталось, как он психовал по другому поводу: она на протезе боялась идти по обледеневшему склону, на котором находится дачный участок.
– Дошло до того, что мне даже приходилось извиняться за свои страхи. Пыталась говорить с мужем про аварию, которая перевернула мою жизнь, но ему это надоело. На мой вопрос, что же он тогда пережил, ответил: «Ты не тот человек, с кем бы я хотел поделиться этим».

У нее было ощущение, что это он считает себя жертвой. В итоге Оксана съехала к маме. В 2025 году она предложила развестись. Но и это еще не все. Счастье для красноярки было близко, пара ждала ребенка. Но тут Оксана получила второй удар судьбы:
– Я даже забеременела, но была внематочная... Пришлось еще одну полосную операцию делать.
Бывший парень Оксаны, с которым она встречалась до брака, о ее замужестве отозвался как о каком-то «хитром ходе» со стороны Равиля, замешанном на чувстве вины за произошедшее.
– Оксана добрая, положительная личность. Он тоже хороший парень. Просто сама ситуация плохая, – поделился он с корреспондентом «КП»-Красноярск.
Но тяжелее всего молодой женщине было слышать несправедливые упреки от того, кого она считала близким человеком:
– Муж не раз обвинял меня в случившемся. Дескать, я сама виновата, что села в машину, – рассказывает Оксана. – Что он не просил с ним ехать.
Ей было горько, когда после разрыва Равиль сказал, что больше не видит будущего с ней и хочет начать новую жизнь. Развод – это единственное в чем парень поддержал Оксану. Ее новая жизнь началась уже без помощи того, по чьей вине она стала инвалидом.
После расставания она говорила с бывшим супругом о добровольной поддержке и компенсации, однако безрезультатно:
– Сначала он говорил, что возьмет кредит и заплатит. Потом обещал, что у матери денег попросит. Затем, что маме нужен кредит на открытие дела, и он не знает когда сможет мне помочь.
Поняв, что так помощи можно и не дождаться, а восстанавливать ее здоровье ни ей, ни ее родным не под силу, Оксана подала иск на бывшего мужа. Потребовала выплатить миллион морального ущерба за нанесенное до брака увечье.

Ей нужны хирургические вмешательства и лечение. Работать в полную силу она не может. О мечте стать столяром женщине пришлось забыть. Между больницами она подрабатывает мастером маникюра.
Судья учел, сколько девушке было лет на момент, когда она стала инвалидом. Принял во внимание месяцы в больницах. Ограничения. Постоянную боль. И вынес решение в пользу истицы. Но назначил 600 тысяч рублей вместо требуемого миллиона.
Бывший муж Оксаны на заседание не явился, пришел только его адвокат. Женщина ждет, когда решение суда вступит в силу. Она рада и той сумме, которую ей выплатят:
– Этого достаточно, чтобы какое-то время не работать и сделать необходимые операции на спине и руке.

Сейчас «бывшие» не общаются. Оксане уже все равно, где Равиль возьмет деньги, ведь он не интересуется, на что она лечится.
– Он работает поваром. Скорее всего, приставы будут снимать часть зарплаты.
На вопрос, что дальше, она отвечает спокойно:
– Унывать нельзя, иначе моей маме придется совсем тяжело. Далеко не заглядываю. Занимаюсь здоровьем. Не только физически, но и морально я страдаю до сих пор. Пью антидепрессанты и нейролептики. Сейчас худею к лету. Набрала вес, потому что зимой почти не выхожу на улицу: скользко, упаду – не встану. Вот, гантельки купила, тренируюсь дома. Со сломанной рукой тяжело, но жизнь продолжается.
Мы узнали у адвоката с 20-летним стажем Николая Алмаева, на что может рассчитывать серьезно пострадавший в аварии человек, кроме возмещения морального ущерба? Должен ли виновник ДТП как-то его поддерживать материально, если тот не может нормально работать?
– Есть у нас такое понятие в гражданском кодексе, как возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Претендовать на такие выплаты могут пострадавшие от преступлении люди. В данном случае, оставшаяся инвалидом в результате аварии женщина. Нанесенный ее здоровью вред признан тяжким. Уголовное дело было закрыто по нереабилитирующим основаниям, а по примирению сторон. В таких случаях подается гражданский иск. Будет рассчитан процент, на который утрачена трудоспособность человека и определена сумма выплаты. Она будет взыскиваться ежемесячно с виновника ДТП. Законом предусмотрено, что это будет происходить до восстановления поврежденным органом его функции. Если, например, ампутирована нога, то восстановление невозможно. В таких случаях выплата может назначаться пожизненно.