«Не хочу дочери моей судьбы»: таежница сбежала от нелюбимого мужа в Красноярск и пережила много лишенийфото

Молодая мама открывает дочери новый мир в Красноярске. Фото: Фото: ГУФССП по Красноярскому краю

Дарья выскочила замуж в 20 лет. Именно выскочила, чтобы не оказаться запертой до конца жизни в глухой тайге. Но семейная жизнь не задалась, особенно невыносимо стало, когда муж начал поднимать на нее руку. Однажды молодая женщина улучила момент и сбежала. За тысячу километров, в Красноярск. В большом городе перенесла лишения, но нашла свое место под солнцем. И начала борьбу за дочь, которая осталась с отцом. Несмотря на то, что суд встал на сторону матери, потребовались усилия судебного пристава, чтобы исполнить это решение. Хотя эта история завершилась благополучно, она заставляет о многом задуматься. Имена персонажей мы изменили в их интересах.

Полагал, что надежно спрятал

Вертолет приземлился на специальной площадке на окраине таежной деревни. Его встречал мужчина лет тридцати – невысокий, худощавый, с виду обычный селянин – если бы не борода, к которой, судя по всему, ни разу не прикасалась бритва. Под верхней шубейкой – штаны с рубахой, сшитые по старинке, мешковатые. Впрочем, в Сандакчесе почти все мужчины так выглядят.

Из вертолета вышли несколько женщин, одну из которых он признал сразу – жена. Бывшая. Как же она изменилась. О ее прилете Егор узнал накануне.

- Это был наш третий визит. Я предупредила его по телефону, что прилетим с психологом, с представителем органа опеки и инспектором ПДН, чтобы он и 9-летняя дочь Кристина были дома, - рассказывает Елена Олейник, начальник отдела судебных приставов по Туруханскому району. – Отец ребенка повел нас к себе домой. Однако девочки там не оказалось.

Дом большой, добротный, убранный, несколько комнат. Егор стал ходить по ним и звать: «Кристина, ты где? С тобой хотят поговорить». Но это было как-то… наигранно, что ли. Не по-настоящему. И поведение мужчины выглядело наивным, он будто ждал: вот непрошенные гостьи сейчас поймут, что девочки нет дома, примут это как данность, и улетят восвояси. Так уже два раза было.

- Она убежала, потому что боится мамы. Услышала вертолет и убежала. Пойдемте, посмотрим, может, она у соседей, - совсем бесхитростно предложил Егор. Однако ни в другом, ни в третьем, ни в пятом доме ребенка не было.

Поначалу девочка держалась рядом с отцом, она его любит. Фото: ГУФССП по Красноярскому краю

- Мы обошли десяток адресов. В каждом доме нам отвечали, что девочки у них нет. Поскольку это не место жительства должника, у нас нет оснований проводить обыск, мы не можем пройти по комнатам и сами все проверить. Мы опасались, что отец тоже пропадет. И окончательно убедились в том, что девочку скрывают. Причем отец беспокойства не проявлял – а это означает одно: он знал, что она в безопасности, в тепле, сыта, - продолжает Елена Владимировна.

Два дня изменили многое

Это продолжалось до 21 часа. Стемнело, все устали. И тогда судебный пристав вручила должнику требование сообщить о местонахождении дочери. А то получается: папа здесь, мама здесь – где ребенок? Потерялся? Ну, тогда нужно экстренно подключать полицию, объявлять масштабный поиск. (Иначе сколько можно сюда летать? И так уже в третий раз, а вертолет - это не такси, каждая такая поездка обходится бюджету в немалую сумму).

- Я сам ее найду, - пошел отец на попятную.

Действительно, на следующий день он привел девочку. Кристина была напугана. Маму узнала сразу, хотя они не виделись три года. Цеплялась за отца. Чтобы не травмировать ее еще больше, решено было лететь в поселок Бор вместе с отцом. Там в отделе полиции девочкой занялась сначала психолог. Уединились в отдельной комнате, поговорили. Затем туда пригласили Дарью.

- Психолог мне сказала, что девочка может быть с мамой, спокойно на нее реагирует. Понятно, что привязанность быстро не образуется. К тому же ребенок любит папу и беспокоится за него. Мы составили акт передачи девочки маме, приложили к нему заключение психолога. Затем они вместе покинули отделение полиции. С отцом мы тоже поговорили. Все закончилось мирно, исполнительное поизводство закрыто фактическим исполнением.

Дарья попросила увезти ее на вертолете в Туруханск (это еще почти 500 километров по прямой от поселка Бор) – до последнего боялась, что ее разлучат с девочкой. Там они пробыли два дня буквально под присмотром Елены Владимировны. Судебный пристав была для нее спасительницей. И только когда через два дня самолет на Красноярск поднялся в воздух, она облегченно выдохнула.

- Я их провожала. За эти два дня между ними многое изменилось, они стали заметно ближе. И мама была счастлива, и девочка улыбалась, - сказала напоследок Елена Олейник.

«Не хочу, чтобы она повторила мою судьбу»

Когда распадаются семьи, суд всегда действует в интересах ребенка и определяет место жительства с тем из родителей, который лучше позаботится о нем. Дарья вступила в борьбу за свою дочь с одной целью: «Не хочу, чтобы она повторила мою судьбу». В доверительной беседе рассказала «Комсомолке» свою историю. Без слез, без осуждения. По факту.

- Я ведь из семьи старообрядцев, из деревни Чулково. Отец жесткий человек. Когда мне было 14 лет, он отправил меня в монастырь. Я там пробыла 9 месяцев и сильно заболела, меня домой отвезли. А потом он второй раз отправил, когда мне уже 20 лет исполнилось: «Или в монастырь, или замуж, но дома тебе делать нечего».

Под монастырем молодая женщина имеет в виду скиты, скрытые в тайге вдоль реки Дубчес. Сколько их, неизвестно, чужих туда не пускают. Дарья говорит о своей жизни там сдержанно: суровый быт, тяжелая работа, послушание. Вставать нужно рано, ложиться поздно.

Но спорить с отцом нельзя – нрав у него ух какой. Наверное еще и потому, что в семье восемь дочерей и ни одного сына. В этом он всегда винит свою жену. Хотя пол ребенка при зачатии определяет набор хромосом отца – это же базовый школьный курс биологии в старших классах! Но в том и проблема, что биологию и прочие науки он не учил, по сию пору жену упрекает и обижает.

Из восьми сестер четверо попали в скиты. Трое замужем. А Дарья выбрала иное.

Дарья намерена построить свое счастье сама. Фото: предоставлено героиней публикации

Хотела учиться

- По пути туда я познакомилась с Егором и вышла за него замуж – только бы не в монастырь. Я его почти не знала. Брак зарегистрировали по закону. У нас был отдельный дом, который мы расстроили, хозяйство.

О муже говорит тоже мало: поначалу хорошо к ней относился. Рукастый, мебель красивую мастерит, в доме все сделал: воду в дом провел, сантехнику с ванной установил, бойлер подключил. Отопление снаружи. Все как у многих. Кажется, грех жаловаться. Через пару лет родилась дочь – молодой отец в ней души не чаял. Но на жену стал поднимать руку – за непокорность. Она для себя решила, что уйдет, это был лишь вопрос времени.

- Я всегда хотела учиться. У меня ведь три класса образования, начальная школа, а я стремилась к большему, но отец не позволял. Вышла замуж, попросила у мужа разрешение записаться в вечернюю школу в поселке Бор, нужно было ездить туда, брать задания, сдавать экзамены. Он поначалу согласился, а потом пошел в отказ: то денег нет, то попросту нельзя.

Со временем желание изменить однообразное существование становилось все сильнее. Всеми силами хотелось вырваться из замкнутого круга, в котором нет возможности развиваться – ни телевидения, ни сотовой связи, ни книг. Один день похож на другой, менялась только погода. Был бы муж любимым, но Егор – нет, мимо. Терпела ради дочери, а потом поняла: все…

Но как сбежать? Из спрятанного в тайге Сандакчеса путь либо на лодке по реке, либо пешком. Но когда чего-то очень хочешь, сами небеса подают надежду.

Три года назад прилетел вертолет за больной сельчанкой, Дарью попросили помочь сопроводить в районную больницу. Она солгала мужу, что пациентку повезут в Красноярск. Он дал ей 17 тысяч рублей на дорогу.

Шанс на свободу

Почему Красноярск? Много лет назад Даша была здесь со своей знакомой (тоже из деревни) – приезжали закупаться одеждой, необходимыми вещами. Тогда большой город и запал ей в душу, здесь – жизнь кипит!

- Мне было страшно: я из тайги, ничего не знаю, неграмотная. Прилетела в аэропорт – он такой огромный. Добралась на такси до города, снимала квартиру посуточно, пока деньги были. Когда закончились – пару ночей спала возле Речного вокзала. Но твердила себе: «Я все равно выкарабкаюсь, я назад не вернусь». Главное было найти работу. Порой сомневалась, получится ли у меня?

Повезло – она встретила хороших людей. Когда ночевала на набережной, на нее обратил внимание прохожий. Ему призналась: «Мне некуда идти, помогите снять жилье». Мужчина зашел в интернет, полистал сайты – и нашел комнату. Квартирная хозяйка тоже оказалась душевной.

В поисках работы молодая женщина не скрывала: профессии и образования у нее нет. Сначала ее взяли охранницей в школу с зарплатой в 17 тысяч. Для нее это было целое состояние, но в реальности прожить на них трудно. Еще один хороший человек подсказал ей заглянуть в сетевой супермаркет – там зачастую требуются люди. Рискнула и стала продавцом с зарплатой в 40 тысяч. Не гнушалась никакой работы. Наконец, поняла, что готова бороться за дочь. В этом ее поддержал близкий друг, с которым она познакомилась. Он полюбил Дарью и подставил ей свое плечо. Она ответила взаимностью – впервые в жизни.

9-летняя девочка открывает для себя новый мир. Фото: предоставлено героиней публикации

Победила, несмотря ни на что

Районные власти, мягко говоря, прохладно отнеслись к желанию матери забрать Кристину. Пыталась договориться с бывшим мужем (они уже развелись), предложила - пусть дочь учится у нее в Красноярске, а лето проводит с отцом в деревне. Полгода вели переговоры в телефонном режиме (в деревне есть стационарный телефон). Егор ни в какую.

Первый суд в Туруханске (районный центр) Дарья проиграла. И подала апелляцию в краевой суд. Тут она была уже на своей территории, представила справки о доходах, о жилищных условиях. И победила. Попытка Егора изменить ход событий в Кемеровском кассационном суде успеха не принесла

Но даже с решением суда в свою пользу мама не могла забрать девочку.

- Ее не отдавали, прятали. И настраивали против меня. Говорили, что я умерла. Что если я заберу ее в город, ее тут убьют. Когда мы прилетали на вертолете с приставом, ее прятали. Один раз она из окна школы выпрыгнула и убежала. Знаю, отец ее сильно любит, не причинит ей зла. Но я не хочу, чтобы она повторила мою судьбу. Я хочу, чтобы она получила образование и сама решила, как ей жить.

Все вокруг новое

Оказавшись в большом городе, Кристина смотрит на него широко открытыми глазами. Для нее здесь все новое. Они нашли с мамой общий язык, как прежде. Но сколько проблем приходится решать.

У девочки не было прививок – ей внушили, что вместо укола ей поставят чип. У нее даже нет «желтой карты», приходится проходить медицинскую комиссию с нуля. В школе протестировали – какой третий класс?! Уровень первого, максимум второго класса. Значит, нужно дополнительно заниматься, подтягиваться, больше читать.

Дочка выборочно относится к еде, особенно к мясному, приходится рассказывать, что там говядина или курочка, а не что попало.

- Когда заходим в магазин – у нее глаза разбегаются, она не знает, что больше хочет. Мы ходим с ней в кино, гуляем. Она ни разу новогоднюю елку не видела, поэтому обязательно пойдем на открытие, пусть она посмотрит на Деда Мороза. Представляю выражение ее лица. Знаете, мне было 28 лет, когда я в первый раз встретила Новый год с любимым человеком. Мне перед ним даже было стыдно, что я, как маленький ребенок радуюсь гирляндам и фейерверку.

Под конец Даша поделилась опасением: бывший муж в январе грозится приехать, проведать Кристину. Она боится, чтобы он не уговорил ее вернуться с ним в тайгу. Запрещать встречаться она не хочет – он отец, он любит дочь. Наверное, выход из этой ситуации – чтобы он вновь женился, был счастлив с новой семьей.

Под конец молодая женщина поделилась сокровенным: семья отвернулась от нее три года назад. И до сих пор с ней не общается. Больше всего она хочет встретиться с мамой, обнять ее и сказать: «Я очень счастлива, я сама выбрала себе судьбу». Главное, она убедилась, что закон беспристрастен и он на ее стороне.