Boom metrics
Происшествия5 февраля 2013 11:00

Воспитанник красноярского интерната: «Если узнают, кто написал письмо, директор посадит меня в подвал»

В редакцию «Комсомолки» пришло письмо с мольбой о помощи
Из красноярского интерна в редакцию «Комсомолки» пришло письмо с мольбой о помощи

Из красноярского интерна в редакцию «Комсомолки» пришло письмо с мольбой о помощи

Фото: Мария ЛЕНЦ.

«Здравствуйте. У моего брата гниют уши, он их отморозил. Директор нашего интерната закрыл его и не лечит, и никуда не выпускает… Помогите, приезжайте к нам, мы вам всё расскажем, пока мы на занятиях, а если приедете после занятий, нам не разрешат к вам подходить. А если узнает, кто написал, то он посадит меня в подвал. Ещё директор забирает у нас наши деньги об этом все знают. Его зовут Семен, 16 лет. Учимся в третьей школе»*.

Неделю назад (мы сознательно не стали сразу об этом рассказывать, чтобы разобраться в ситуации и не навредить) на наш сайт kp.ru пришло это сообщение с мольбой о помощи. От ребенка, который живет в одном из детских домов Красноярского края… Что делать? Приедешь на «разборки» в детский дом, прижмешь директора, - ребенку может быть только хуже. А вдруг то, что написано, неправда? По нашей просьбе, очень аккуратно, проверку провели специалисты прокуратуры Красноярского края. Уже сейчас можно сказать, что информация частично подтвердилась: факт обморожения ушей был, имя пострадавшего совпадает.

Сейчас 16-летний Семен более-менее в порядке (в этом мы убедились, встретившись с ним в интернате). Уши заживают, выглядит здоровым. Правда, сейчас парень отрицает, что он или кто-то другой прислал ту просьбу о помощи...

- Я точно помню, что был вторник (сообщение на сайте появилось в пятницу, то есть спустя три дня). После уроков мы с друзьями пошли гулять. Начало третьего было. Решили зайти к знакомым в соседнюю школу, это километра полтора. Пешком шли, не торопились никуда. Гуляли. А когда вернулся, понял, что уши сильно замерзли. Я без шапки ходил. Ну не люблю я шапки, мне кажется, некрасиво в ней. На уроках на следующий день почувствовал, что уши сильно болят, горят.

Парень умолкает. Он сидит, сгорбившись, поза – «закрытая», глаза бегают.

- Тебя сразу начали лечить?

- Да, - испуганно кивает головой парень. - Пошел к школьной медсестре, она посмотрела, сказала брызгать каким-то лекарством, дала пузырек.

- А зачем тогда сообщение на сайте оставил? Тебя не хотели лечить?

- Я ничего не писал на сайт. И брата у меня нет, и никогда не было.

Сема замолкает, теребит нитку на правом запястье.

(При этом, когда мы договаривались о встрече с Семеном по телефону, он говорил, что он сам оставил на сайте сообщение. Прошло полтора часа, и он говорит уже прямо противоположное – прим. авт.).

КОММЕНТАРИЙ ДИРЕКТОРА ДЕТСКОГО ДОМА

«Все дело в медсестре!»

Директор детского дома Александр П*. весь день был занят, встретиться лично с ним у нас не получилось. Вечером, когда верстался номер, он сам позвонил в редакцию и озвучил свою версию:

- Конечно, я в курсе всей этой истории. Дело было так: ребята играли в футбол, и Сема действительно отморозил уши. Но медицинская помощь была оказана вовремя. В тот же день – в медпункте, на следующий день мы возили ребенка в больницу на осмотр. Что касается подвала – приезжайте, лично его вам покажу, никто там никогда не сидел! Там вообще школьники не бывают, это техническое помещение. Приезжали уже и из управления образования, и из прокуратуры. Я даже догадываюсь, кто это сообщение у вас на сайте написал. Это наша медсестра. Она немного не в себе, и даже проходила лечение в психодиспансере. Уже были случаи, когда она писала жалобы по фактам, которые не соответствовали действительности.

Сейчас все факты проверяет прокуратура, а вопросов в истории пока больше, чем ответов. Если письмо действительно написала «невменяемая» медсестра, то почему человек с психическими проблемами допущен к работе с детьми?! Результаты проверки обещали сообщить в конце этой недели. Мы обязательно проследим следим за ситуацией.

*Мы исключили некоторые моменты, которые позволили бы идентифицировать участников событий и место, где все произошло – до окончания прокурорской проверки мы не можем озвучивать эти данные.