Общество

Мусоровоз, вперед лети: как перерабатывают московские отходы

Отходы из столицы делят на 25 фракций, большинство из которых — ценное сырье
Автор фото: Кирилл ЗЫКОВ/АГН "Москва"

Автор фото: Кирилл ЗЫКОВ/АГН "Москва"

С начала года в Москве действует обязательный раздельный сбор отходов. Наверное, это заметили уже все, кто самостоятельно выбрасывает мусор. На площадках стоят два вида баков, синие для вторсырья (бумага, пластик, металл, стекло и тому подобное) и серые для всего остального, то есть смешанных отходов. Многие, правда, все еще не верят, что вывозят эти отходы действительно раздельно — а не сваливают в одну машину и не везут на общую для всех свалку. Мы проследили за маршрутом мусора от дворового бака до переработки и выяснили: везут-то действительно в одно место! Только не на свалку, а как раз наоборот — на сортировку. Вторсырье можно, оказывается, получить и из смешанных отходов — правда, дороже, сложнее и не полностью.

Итак, содержимое серых и синих баков забирают мусоровозы. Но они разные и приезжают в разное время: скажем, машина для смешанного сырья приходит около 8 утра, а синий мусоровоз «Вторсырье» загружает свой бункер позже — где-то в 11 часов. Обе машины обслуживает один из региональных операторов твердых коммунальных отходов (ТКО). В большинстве регионов России, напомним, их по одному, а в Москве, в силу ее гигантского размера, сразу четыре. Мусоровозов у одного оператора в среднем около 150 — и большинство работают по смешанным отходам. Просто потому, что их пока намного больше. Бункер «смешанной» машины забивается примерно за пять накопительных площадок стандартного размера, а перевозчик «вторсырья» может без выгрузки обслужить сразу десяток.

Едут и та, и другая машина на одну и ту же базу сортировки отходов (профессионалы избегают употреблять слово «мусор» - мол, это не отбросы, а потенциально ценное сырье). Только заезжают на выгрузку с разных сторон большого навеса. Там их содержимое немедленно перехватывает особый трактор — фронтальный погрузчик, который сдвигает получившиеся терриконы к транспортерным лентам, поднимающим мусор наверх. И вот тут начинается сортировка. Сначала — особое устройство, разрывающее мусорные пакеты. Потом — ручной отбор всего крупного и «очевидного». В отдельные бункеры летит картон, в другие — стекло разных цветов, в третьи — пластик. Дальше поредевший поток отходов идет в механический сепаратор, где вступают в дело и вибрация, и большие магниты, улавливающие металл, и воздуходувки, отделяющие легкий «пакетный» пластик от тяжелого «бутылочного». Потом еще один этап ручной обработки.

Да, все это, что мы с вами выбрасываем в бак, потом перебирают руками. Такие же люди, как мы — чаще всего из регионов, работающие вахтовым методом, с руками, забранными в перчатки, и лицами, замотанными в платки (да, часто прямо-таки павлово-посадские!) Сами они говорят, что работа им нравится (на родине 15 тысяч в месяц — неплохая зарплата, а здесь предлагают 30 за две недели). Так-то оно так, но после этого хочется максимально сократить количество тех самых «смешанных отходов» - просто чтобы избавить этих людей от необходимости в них копаться.

Тут есть и еще одно — даже более важное — соображение. Из смешанных отходов полезное вторсырье тоже удается выделить — те же самые стеклянные бутылки. Но его, полезного, в смешанных отходах всего 10%, а если перебирать мусор из синих баков — целых 40%. Многие вещи, которые могли бы еще пойти в переработку — например, бумага и картон — в «смешанном» баке пропитываются пищевыми отходами и уже непригодны для переработки. Им дорога только на свалку. А в баках «вторсырье» влаги и пищевого жира почти нет, там у жестянок, старых газет, пластиковых бутылок и пакетов есть куда больше шансов невредимыми добраться до следующего этапа.

А этап этот вот какой: сперва мощный пресс, затем брикеты — кубики высотой примерно в полтора метра, а там уже грузовик и покупатель. Да, за чистое вторсырье операторам ТБО платят, оно пользуется спросом. Но промышленность — дело тонкое: к чистоте и сухости той же макулатуры они очень придирчивы. Бывает, что бумагу, жестянки или бутылки заворачивают с рекламацией: грязны, мол, слишком, не подходят.

А почему все-таки два мусорных бака, а не четыре-пять, как в Европе? Оказывается, вовсе не по бедности и отсталости: фракций отходов сортировщики выделяют больше двадцати пяти! И все пользуются спросом. Но множить баки просто не нужно: сухое и качественно отобранное содержимое синих баков легко сортируется на нужные фракции. Главное — избегать влаги и пищевых отходов.

Кстати, их на некоторых комплексах обработки отходов (такой, например, недавно открылся в Егорьевске на месте бывшей свалки) уже научились перерабатывать в компост. Для этого мелкие фракции (прежде всего, именно «пищевку») пересыпают специальными бактериями и регулярно передвигают вдоль огромного ангара слева направо. Две недели — и вот самая противная фракция отходов, которая раньше шла прямиком на захоронение, уже может использоваться для подсыпки дорог и тому подобных нужд. А из тех пищевых отходов, которые напрямую поставляются из ресторанов, минуя баки — можно делать и удобрение. Надеемся, этот этап раздельного сбора у нас еще впереди.