Телевизор

Гнутся шведы

Наш обозреватель Денис Горелов - о сериале «Халифат»
Героиня актрисы Гизем Эрдоган всегда готова помочь органам и вывести врагов на чистую воду. Фото: Кадр из фильма

Героиня актрисы Гизем Эрдоган всегда готова помочь органам и вывести врагов на чистую воду. Фото: Кадр из фильма

Коротко: войну, заявленную в сериале, Швеция уже проиграла. В европейском рейтинге преступности она годами занимает первое место, если не считать Украину, которую уже давно никто не считает, потому что это не государство, а дикая запорожская степь. Швеция движется ее путем, с начала великого переселения народов приняв наибольший процент мигрантов, которые и делают ее опасной для жизни (Россия, если кому интересно, на двенадцатом месте из сорока).

С террором дела обстоят лучше, но только потому, что в органах безопасности служат Фатима и Надир, а их добровольными помощниками выступают Первин, Сулейман и имам Абу Джибриль. Авторы пошли путем суфической истины, вытолкав вялых и никчемных шведов за скобки и устроив большой взаимоджихад шахидов и муртадов, т. е. верных и неверных мусульман, в самом сердце Швеции без малейшего участия коренного населения. Ни одна занятая в съемках шведская зверушка, кроме принявших Аллаха братьев Юханссон, не пострадала. Этот народ, как и большинство этносов старой Европы, вышел из зоны решений и покорно ждет своей участи в драке лояльных и радикальных пассионариев Востока. Уже из названия все ясно.

К сожалению, о боях-пожарищах братьев и небратьев-мусульман, воинов пророка и нечестивцев, делают кино два сценариста-шведа, режиссер-югослав и большая группа турок, евреев и армян в ролях правоверных. Об исламе эти люди знают лишь то, что там на коленях молятся и бород не бреют. В Сирии у них шатаются какие-то шариатские патрули, убивающие за мобильный телефон (им что Ливан, что Иран - одна сатана). С хиджабом шведы целую серию бьются, как кулаки с пионерским галстуком. Если раньше у нас годами смеялись над русским кино про Вашингтон и Канзас - теперь пришло время потешаться над их фильмами про Тегеран и Дамаск. Мусульманские фанатики изъясняются формулами унылых буржуа «Дай мне шанс» и «Все вышло из-под контроля». В секту дочерей пророка вербуется чеченка, у которой ушибленный войной папа пьет горькую и создает нездоровую атмосферу в семье (известно же, что все русские пьют вусмерть, даже если они чечены в исполнении литовских евреев). Чекистка Фатима, напротив, истово служит европейской солидарности, потому что у нее отца убили сербы в Сребренице, - правда, дважды с оружием подпускает противника сзади, курит косяки и порет косяки, так что пользы от нее безопасности никакой, кроме большого глобалистского сердца, свидетельствующего, что не все мусульмане уроды (а мы не знали). С нею спорит девочка Сулейха, уверяя, что ей идет в хиджабе (врет), американцы суки (правда), евреи демоны, а шведы лицемеры (не без того). Правда, из аргументации в пользу боевого ислама исключается главное: западный культ стяжательства, потребительства, содомии и кварталов разврата, каких полно в любой европейской столице. Потому что они считаются достижением цивилизации и в то же время способны привлечь в джихад целую армию молодых императивщиков.

Агент национальной безопасности Фатима (Алиетт Офейм) с террористами не церемонится. Фото: Кадр из фильма

Агент национальной безопасности Фатима (Алиетт Офейм) с террористами не церемонится. Фото: Кадр из фильма

В какой-то момент просмотра включается синдром, в точку названный стокгольмским: хочется, чтоб у джихадистов наконец все получилось. Чтоб Фатиму, делающую карьеру на подставах информаторши, просто разорвало на части. Чтоб саму стукачку, взламывающую мужа и веру ради эвакуации в Стокгольм, поставили на ножи. Чтоб шефиня контрразведки, увольняющая опера за скуренный косяк, наконец-то получила взрыв под бок и задумалась о приоритетах. Чтобы училки, фильтрующие в речах школьниц плохие слова «джихад» и «кафир», боролись не со словами, а с причинами - прежде всего с капитуляцией Европы перед энергетикой Орды. Чтобы Швеция, полвека томящаяся своей унылой буржуазностью, наконец развеселилась (кажется, уже).

Страна шла к этому долгим и кружным путем. Сначала всенародная бабушка Астрид Линдгрен славила девиантное поведение Пеппи, Эмиля из Леннеберги и этого мерзавца с пропеллером. Потом было сорок лет Бергмана с его холодным психозом, раздвоением личности, женской доминантой и деградацией семьи. Потом пришел скандинавский детектив про маньяков, травмированных обществом, которых ловят одинокие алкоголики-инспектора. Национальный культ мазохизма и понимания преступника отчетливо прослеживается и в «Мосте», и в «Девушке с татуировкой дракона», и во всех экранизациях Ю Несбё, и в сериале о любимом советскими читателями комиссаре Мартине Беке, сценарий которого писал один из авторов «Халифата».

Ну, халифат и пришел. У нас запретили - пришел туда, где можно. Судя по тому, что главный вербовщик шахидок Хадад и от Фатимы ушел, и от Надира ушел, быть у фильма еще одному сезону.

Шведы любят истории с продолжением.

«Халифат»

2020 г.,

Швеция.

Реж. Горан Капетанович

(доступен на интернет-платформе «Нетфликс»)