Спасенный с крыши диспетчерской при пожаре в «Черемшанке»: «Под ногами горело, думал - конец»

Здание сгоревшего аэропорта "Черемшанка" сегодня выглядит не так мрачно, как вчера. За ночь обгоревшие остатки того, что раньше было пассажирским терминалом, покрылось толстым слоем пушистого белого снега.

По периметру здание огорожено лентой, ходят сотрудники полиции. Они следят, чтобы никто не пролез внутрь: это очень опасно. Здание превратилось в руины, что-то трещит, иногда падают куски чего-то обгоревшего. Завалы будут разбирать, видимо, очень долго.

На взлетно-посадочной полосе ничего не напоминает о ЧП. Ездит техника, рабочие чистят взлетно-посадочную полосу от снега. Но самолеты не летают.

Напомним, здание аэропорта вспыхнуло около 12 часов дня понедельника, 19 декабря. Огонь в считанные минуты охватил все здание: его "раздуло" сильным ветром, который был в этот день. Пожарные прибыли на место очень быстро, но спасти уже ничего почти не успели. Площадь пожара – 3000 квадратных метров, сгорело все.

Николай Василовский этот день вряд ли забудет. Он, кстати, работает работает пожарным спасателем и день ЧП дежурил - следил, чтобы нигде-ничего... Когда полыхнуло, Николай находился в диспетчерской (она представляет из себя довольно высокую башню). Именно его трижды пытались эвакуировать с крыши диспетчерской вертолетом - не удалось. За несколько минут до того, как огонь добрался до верхушки "башни", Николая сняли оттуда с помощью пожарной лестницы.

- Прибежал кто-то из охранников: горим, кричит. Я бросился пожарных вызывать. Пока связывался с пожаркой, гляжу: башня наша уже принялась! Под ногами горит! Пятки обожгло сильно. Только успел позвонить – связь оборвалась. Вскоре гляжу, приехали первые машины пожарные. И вдруг треск: это крыша аэровокзала рухнула. Там же перегородочки пластиковые все, легонькие. Жар стоял такой… Я бросился наверх, на вышку, вниз уже бесполезно было, все в огне. Дым жуткий, глаза слезятся, дышать нечем. Нос и рот прикрыл воротником куртки, немного легче стало. Выбрался на площадку диспетчерской вышки, она открытая, стекол нет. Хорошо, ветер был, иначе бы отравился. Смотрю, вертолет летит. Я его не вижу практически в дыму, больше слышу, они меня, видимо – тоже. Несколько кругов вертушка сделала. Улетела. Думаю: все. Конец. А потом гляжу, по лестнице спасатели карабкаются, сняли меня.

Николая Василовского сразу осмотрели врачи. Предложили поехать в больницу, но он отказался. Начальство предложило ехать домой, и так, мол, натерпелся. Николай Константинович только помотал головой и побежал помогать пожарным разгребать завалы.

- Вообще-то, это моя работа – пожары тушить, я пожарный спасатель! – сам себя ругает Николай Василовский. - Это я должен был спасать, а не меня!

Домой Николай Василовсий вернулся около двух часов ночи, весь пропахший дымом и перемазанный сажей с ног до головы. Все вещи пришлось сразу выбросить.

- Хорошо, коллеги позвонили ко мне домой, жену предупредили, что у нас тут ЧП, она уже была готова к такому зрелищу.

Наутро после пожара Николай Василовский отправился на работу – отметиться. Признается: когда увидел, что осталось от здания аэропорта, затряслись руки и на глаза навернулись слезы…