Все, что касается атомного проекта, было настолько невероятным, что вспоминается эпиграф известного фильма – Давным-давно, в далекой-далекой галактике… 28 сентября 1942 года, Государственный комитет обороны, наряду с вопросами о поставках фронту боеприпасов и продовольствия, обсудил вопрос об использовании внутриатомной энергии.
Трудно представить, как развивались бы события, если бы деление ядра урана с огромным удельным энерговыделением было открыто только сегодня. Наверное, были бы составлены планы работ по освоению этой энергии на «на горизонте» 2050 года и в результате она была бы признана экономически неэффективной. Но на старте 1940-х годов все было иначе. Государства возглавляли весьма неполиткорректные личности и с ними можно было разговаривать о совершенно невероятных вещах. Сталин, Рузвельт и Черчилль разыгрывали атомную карту между собой и это было невиданным до той поры прецедентом - фундаментальная наука стала главным рычагом глобальной политики. Какие-то там треки в пузырьковой камере всего через год после лабораторной фиксации деления ядра урана подняли на ноги сотни тысяч людей и миллиарды долларов на Манхэттенском проекте США. Уже осенью 1941 года наша разведка весьма определенно сообщила о работах над урановой бомбой в Англии и Америке. Немцы шли на Москву, и было явно не до атомных проблем, но когда год спустя на берегах Волги разгоралась битва за Сталинград, решение созрело. Три года наш атомный проект ограничивался весьма скромными материальными ресурсами, но зато была проделана огромная теоретическая, проектная и разведывательная работа. Когда Бомба взорвалась над Хиросимой, нашему атомному проекту надо было дать только материальные ресурсы, чтобы в кратчайшие сроки создать атомную промышленность и Бомбу сдерживания. Видимо американские аналитики просчитались именно в этом, когда по самым оптимистическим прогнозам они определяли сроки создания советской атомной бомбы как 1952 год. Считать они умеют, в том числе и советский энтузиазм, но исходным событием для старта атомного проекта СССР они, очевидно, поставили Хиросиму. Примерно так: взрыв бомбы – Сталин дает команду создать ответную бомбу – в СССР начинаются целенаправленные работы. Три «военных» года остались для них в тени, хотя именно в эти годы была подготовлена база для всех необходимых решений. Кроме того, отлично поработала разведка, и нам не надо было идти гадательно. В общем, в 1945 году мы рванули с низкого старта, когда аналитики Пентагона думали, что мы еще только обуваем шиповки. С 1947 года начался форсированный рост американского атомного арсенала и к 1952 году они имели всю необходимую инфраструктуру для комфортной и полномасштабной атомной атаки на СССР. Но было поздно: первая советская атомная бомба 29 августа 1949 года штатно отработала на Полигоне №2 под Семипалатинском. Это супердостижение было представлено рядовым событием в чреде плановых работ – представить это первым испытанием было бы очевидным признанием, что у нас есть еще максимум 2-3 бомбы. ТАСС и газета «Правда» тогда сработали так, что в первом паническом докладе ЦРУ прозвучало, что Советы могут иметь до 200 атомных бомб, которыми на самолетах Ту-4 могут быть поражены все ключевые объекты на территории США. В этот момент комбинат №817 (ПО МАЯК) «варит» плутоний еще на пару-тройку бомб, а под Красноярском начинается строительство комбината №815 для полномасштабного производства оружейного плутония. Так появился на свет город Железногорск.
Несомненно, дата издания первого правительственного документа, Распоряжения ГКО «Об организации работ по урану», 28 сентября 1942 – ключевая дата нашего атомного проекта. Не случайно именно день 28 сентября был определен профессиональным праздником атомной отрасли. Хотя есть еще одна дата – 20 августа 1945 года, когда были созданы Специальный комитет и Первое главное управление, то есть – была создана атомная промышленность. С этого момента считаются «юбилейные даты» отрасли. В прошлом году, например, широко праздновалось 65-летие атомной отрасли, отсчитанное именно от этого момента.
Благодаря своей равноудаленности от внешних границ, Красноярский край стал одним из ключевых регионов, здесь были реализованы самые последние достижения Атомного проекта СССР, вобравшие в себя опыт предшественников – Горно-химический комбинат в Железногорске и Электрохимический комбинат в Зеленогорске. Сегодня создание ядерного щита страны уже история, которая ставит нас в один ряд с самыми великими нациями прошлого и настоящего. На повестке дня сегодня стоят другие задачи – «доосвоить» атомную энергию так, чтобы ее использование стало обычной повседневностью. Ключевая роль в структуре Росатома в этом деле отводится Горно-химическому комбинату. Замкнутый ядерный топливный цикл уже хорошо зарекомендовал себя во Франции, сегодня технологический комплекс этого цикла, причем уже следующего поколения, создается на ГХК. И наши атомщики здесь не в роли догоняющих, а одни из законодателей мод. И поздравляя их с профессиональным праздником 28 сентября, хочется пожелать им оставаться такими же профессионалами, от которых зависит безопасность страны и судьба научно-технического прогресса.